Узнаваемый, но неизвестный художник. Кто он?

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Он – один из лучших мастеров книги второй половины ХХ века. Один из немногих, кто более 50 лет назад творил дизайн современности: минимальный и стильно-патриотический, с характером. Он учился во Львове, в альма-матери любви к книге – Украинской академии книгопечатания, и несмотря на это всегда искренне любил Киев, в котором жил и работал большую часть своей жизни. Он, по свидетельству историка искусствоведения Игоря Дудника, «один из немногих художников, кто понимал и чувствовал книгу в единстве всех ее элементов: сюжетных иллюстраций, орнаментальных форм, шрифта, конструкции книги».

График-экспрессионист, безгранично талантливый, если не гениальный, Владимир Юрчишин обогнал свою эпоху минимум на полвека: в его работах чувствуются выразительные черты современной национальной эстетики, характерной современности. Но об этом лучше расскажут искусствоведы, которые выступили на конференции, состоявшейся в Музее книги и книгопечатания 5 сентября по случаю 80-летия Владимира Юрчишина.

О личности Владимира Юрчишина как художника

Татьяна Андрущенко, доктор философских наук, профессор, заведующий кафедры громадських наук Национальной музыкальной академии Украины имени П. Ы. И.чайковского

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Хотя уже прошло пять лет, как не стало Владимира Юрчишина, душа этого не приемлет. Вместе с его иконописным, красивым казацким лицом в беретике упоминаются голубые глаза, всегда улыбающиеся и, одновременно, почти всегда грустные. Эта его легкая ирония, которая свидетельствует о большом интеллекте, всегда была положительного плана: к событиям, к собеседнику, к явлению.

Он не любил привлекать к себе внимание, но был очень уважаемым, и его искренне любили. Это художник очень талантливый и, как часто такие люди, «не от мира сего»: для него материальные ценности не были на первом плане. Кто не видел его глубины, думали, что он – человек непрактична. Но он был интеллектуалом высокого уровня профессионализма, который не декларировался, а подавался собеседнику постепенно, грамотно, интеллигентно, что стимулировал человека к более глубокому мышление и видение явления.

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Я считаю, что Владимир Иванович – мастер книжной графики такого масштаба, как Нарбут. Но если Нарбут – это симметрия (в моем восприятии), это число Фабінучче, четкие определения, то время Юрчишина – это асимметрия, диагональ, беспокойство. Это умение в асимметрии подать четкую меру, симметрию, гармонию. Это – олицетворение глубокого понимания нашего хаотичного и нестабильного жизни…

Его новаторство в книжной графике началось именно в 60-е–70-е годы, когда художник берет какой-то образ украинского народного искусства и выводит его в объект как самодостаточный, варьирует эго, осовременивает, озвучивает, оживляет – так не делали до него. Эго оформление книжек уже тогда не было шаблонным, геометрическим, горизонтальным – в какой-то официальной украшением. Это была реальная подача живого национального этнографического материала.

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

В оформлении Шевченковских книг его новаторство в помощи читателю вникнут в Шевченко мир. Барка говорил, что Шевченко процитировать нельзя: за одним цитируемым строкой – тезисом идет антитезис, далее – утверждение этой сроки на высшем уровне, то есть жизнь не состоит из черного и белого. Жизнь состоит из переплетения страстей, из целого бытия. И эту буттєвість Юрчишин очень мудро показывает нам в оформлении Шевченковских книг.

Впервые – в него так глубоко этого никто не делал – он смело выбирает, самовизначає Шевченко малярной композицию, вытаскивает какую-то деталь, штрих, и начинает не просто варьировать ее, а завязывать на шевченковское слово, помогает вытягивать с Шевченко то, что для нас находится за кадром. Именно это художественно-образное, пластическое прочтение он сумел подать через фрагментацию малярного мира Шевченко, подать Шевченко целостного – как поэта, как творца, как художника.

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Большая жизненная глубина представлена на полотнах Юрчишина. Там одновременно борьба и эротика: прекрасные золотые и серебряные цепочки, страшезні каменные и железные кандалы. Так и жизнь, что состоит из доброго, прекрасного, легкого и чувственного, обязанностей, труда.

Юрчишин глубоко понимает жизнь как целостное явление. Если Вебер начал говорит о том, что бытие каждого человека распадается на реальность и ценности, и что не вся реальность для нас является ценностью, за что мы часто говорим, что потеряли свои ценности, духовность, и живем вне их. В Юрчишина, в его чистоте, в его голубых глазах, в высоком главе сохранилось то, что в целом не сохранила вся европейская цивилизация. У него бытие не распадается на реальность и ценность, а является цельным: в одной композиции подсолнухи живые, цветущие и сожженные страстью или предательством.

А Тарас Шевченко в творчестве Владимира Юрчишина

Елена Гомирєва, преподаватель истории искусства Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Юрчишин и Шевченко – тема особая, поскольку на протяжении 1960-1970-хх годов выходят в свет издания, посвященные произведениям и исследованиям творчества Шевченко. Это и Шевченковская энциклопедия, произведения Шевченко в 5-ти и 10-ти томах, сборники стихов, отдельно сборники повестей и т. п… До сих изданий Юрчишин исполнял обложки, титульные страницы, заставки, шрифтовые композиции, футляры. Это очень большой объем работы.

Творчество Юрчишина является монолитной и единой, такой же, как и то макеты книг, которые он изготавливал. Такая целостность присуща мышлению вот наименьшего – заставки, и до самого большого – всего макета.

Рассматривая оформление Шевченковских изданий, видим стиль Юрчишина – узнаваемый, известный всем, кто уже видел хоть какую-то работу художника. Это то самые цвета и шрифтовые линии. С другой стороны, это вариативность решений. В п’ятитомнику произведений Шевченко ритмика растительного орнамента буквально соревнуется с ритмикой самих стихов. Энергия эго орнаментов является неудержимым, гостиной.

В Шевченковских энциклопедиях характер иллюстраций другой: сдержанный, аккуратный. На обложке эти орнаменты, словно полотенце, обрамляющие портрет Шевченко. Этот сдержанный украинский официоз очень отличается от оформления стихов.

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

А еще есть повести Шевченко – проза, которая отсылает нас к контексту русского языка, среды интеллигенции. Здесь художник вводит в своих традиционных мотивов новый элемент – многочисленные параллельные прямые линии. И складывается такое впечатление, что украинский орнамент прорастает на высоких гладких орнаментах Петербурга. Это напоминает то, как именно во время учебы в этом городе в Шевченко проявлялся и реализовывался украинский характер, увлечения всем украинским, влечение к своей Родине.

Орнаменты в изданиях, иллюстрировал Юрчишин, вдохновленные народным искусством. Но их форма производимая самим Юрчишиным как фирменный стиль. Он перерабатывал мотивы народного искусства в соответствии к современности, стиля эпохи, вдыхал новую жизнь. Такая авторская переработка несет в себя: зерно. Благодаря этому его произведения не нуждаются в подписи: шрифты и орнаменты являются визиткой не издания, а самого Юрчишина. И хотя художник не выставлял вперед свою индивидуальность, но он вел свою линию в искусстве, и каждый иллюстрированный ым произведение вот этого выиграл.

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Юрчишин отошел от стандартных на то время форм применения орнаментов, применяя собственный модуль. Это – четкие по очертанием, насыщенные формы, словно орнамент заперт внутри четкого силуэта. Эго растительный орнамент всегда развивается, он имеет вектор движения, продолжает расти, не останавливаясь. Благодаря визуальным материалам Юрчишин окутывал текст атмосферой, и в этом смысл его уникального оформления.

О страсти, мировоззренческие и эстетические интегралы художественного стиля Юрчишина

Роман Яцив, кандидат искусствоведения, проректор по научной работе Львовской национальной академии искусств

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Восприятие современности Виктора Юрчишина постоянно артикулировалось потоками прошлого. У него был индивидуальный пространство, что выходил из его мировоззренческой платформы. Он имел безупречные знания относительно всех мировых культур и цивилизаций. Прекрасно знал он в условиях запретов и того же Нарбута и Кричевского, и всю постнарбутівську плеяду – и не только знал, но и чувствовал.

Мышление его было пластическое, композиционное. Так, Юрчишин был композитором графики. Он создавал геометрию, сквозь которую пробиваются эмоциональные импульсы чувств. Несомненно, что на перекрестке между необарокковой линией развития украинского модернизма и супрематизма возникла совсем новая, гениальная идея синтезировать их, чтобы украинское выражение дал паростя. Именно поэтому этот материал должен быть должным образом почтен во всем мире.

У Владимира Ивановича мы видим удивительный симбиоз творческого произвола и максимально дисциплинированной пластической формы. И эта дисциплина не прагматична, она грамотная с профессиональной стороны. Хочу напомнить, что гениальным естетиком такой дисциплинированной формы был Александр Архипенко. Для организованной формы нужен интеллект и значительные усилия, а не только эмоциональность, и именно это характерно Юрчишин.

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Владимир Иванович завершал свой путь уже на пороге другой эпохи. Он говорил о тяжелых переживаниях, его наблюдения над современным миром, некоторой депрессивностью, потерей элитарного ориентира в развитии культуры и цивилизации. Тем не менее, его творчество направлено в будущее. Это наполнение, драматизм, внутренняя сила, была заложена в его произведения – это была сила барокко в новом вивершенні.

Об искусстве шрифтов и эстетику букв

Игорь Дудник, аспирант Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Владимир Юрчишин – один из крупнейших художников шрифта не только в Украине, но и в мире, хотя ему, к сожалению, обращали слишком мало внимания исследователи. Уже с первых попыток мы видим попытки решать шрифтовые вопрос, хотя и видим некоторое подражание, цитирование известных тогдашних художников, в частности Нарбута.

Позже появляется не просто копирование, а уже авторская интерпретация шрифтовых композиций. В его работах становится меньше вот Нарбута и больше Юрчишина. И с середины 60-х мы можем наблюдать устойчивый стиль художника.

Кое-кто считает творчество Юрчишина однообразной, однако она таковой не является, и в этом можно убедиться именно на примере его шрифтового искусства. Он работал и с асимметричными шрифтами с засечками, и с так называемыми линейными шрифтами без засечек. Все они имеют разный характер.

В Юрчишина мало антикви, и если она есть, то не стандартизирована и статическая, а динамическая, соединенная с рукописью и скорописью. Кроме того, график пытался приблизит кириллический мінускул (строчные буквы. – Ред.) рукописного шрифта. Поэтому мінускул у него выглядел не просто как уменьшенный маюскул (заголовкові, большие буквы. – Ред.): шрифт приближался к написанному.

Со временем Владимир Юрчишин все больше развивает именно рукописный и каллиграфическую технику, создает больше прописных букв. В 80-х годах художник начинает внедрять контрасты: в пределах одной обложки он органично сочетает скорописні шрифты с другими, в частности, с антиквою, делаия ее более свободной и более живой.

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Интересно, что рабочий почерк Владимира Юрчишина нельзя назвать каллиграфическим. Зато эго каллиграфия в отделке книг всегда изысканная и утонченная. Также примечательно, что буквы «а», «д» и «л» у художника треугольные, а не квадратные, что более характерно для популярных ныне шрифтов. Еще одна особенность шрифтов художника – буква «т» имела прическу, напоминающую крест, а вместо традиционного «я» Юрчишин использовал «guard» – юс малый.

В воспоминаниях Владимира Юрчишина

Тарас Компаниченко, заслуженный артист Украины, лидер группы «хорея Казачья»

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Владимир Юрчишин любил рассказать что-то харизматичное и приснопамятное. Он боялся, что если не расскажет, то об этом никто и не узнает. В частности, он часто пересказывал эпизод о входе немецких войск во Львов в 1941 году – в 90-е годы эту тему мало кто касался.

Я не знаю, какая это конкретно была тюрьма, в которой сидел старший брат Владимира Юрчишина. Но он часто вспоминал, что брат в тюрьме пел песню Павла Грабовского «Зеленый гай, пахучее поле». Причем не на ту мелодию, которую мы знаем, а на чуть мажорнішу. Это была тюремная песня украинских политзаключенных. И это не «Владімірскій централ», «блатота» какая-то, а высокого уровня и высокого духа песни.

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Владимир, когда мы с ним в метре встречались, всегда так смущенно, нахмурил брови, говорил: «Тарас, Тарас! Не майнуємо времени, давайте сделаем книгу!». И вот это «сделаем книгу!» была эго жизнь, эго горения.

Я думаю, что Владимир Юрчишин был атлантом, который держал украинское небо в своей весомой сфере – в эстетике книги, украинских шрифтах. Он достойно пронес свой крест, свое художественное «я», свое кредо и оставил достойное наследство потомкам.

Про музейную коллекцию работ и каталог Владимира Юрчишина

Наталья Глоба, ведущий научный сотрудник, куратор выставки, соустроительница каталога «Владимир Юрчишин. Искусство книги»

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Коллекция, которая сегодня хранится в фонде Музея книги и книгопечатания, является крупнейшей в Украине. Аналога такого фонда работ одного художника-графика в Украине не существует. Эта коллекция уникальна не только по множеству их, но и по качеству.

Еще в конце 2010 года семья Юрчишиных решила весь этот фонд передавать нам в музей. Сегодня на выставке представлено более 400 единиц из коллекции, но в фондах музея хранится более 700 работ графика.

Сегодняшняя выставка является премьерой целостного представления о фонде мастера. Мы имеем оригиналы его работ 50-х-60-х годов, с начала его творчества, коллекцию цинковых клише, линоритов художника.

Следует сказать, что 90% работ Юрчишина не подписаны: на них не указано ни года, ни серии, ни принадлежности к конкретному изданию. Поэтому мы брали абсолютно все издания, оформленные художником, из наших фондов, и определяли, куда отделку принадлежит.

На выставке нас ограничивает квадратура зала: 700 единиц мы вместить здесь просто не смогла. Поэтому мы старались делать акценты. С одной стороны – Юрчишин узнаваемый, с другой – неизвестный: геометрические орнаменты, супрематические композиции, эскизы календарных листов. Мало кто слышал, что Юрчишин работал над такими композициями.

Впізнаваний, але невідомий митець. Хто він?

Отдельная благодарность семье Юрчишиных, по материальной поддержке которой удалось открыть выставку и издать каталог. Главный ідейник этого проекта – Оксана Юрчишин-Смит.

Выставка коллекции работ Владимира Юрчишина в Музее книги и книгопечатания продлится до 4 октября.

Текст и фото – Алина Боднар


Источник.