«Ухо», «горло», «Лимб»

"Ухо", горло, "Лімб"

Макс Требухов/LB.ua

«Люди, которые голосуют за неудачников, воров, предателей и мошенников,,
не являются их жертвами. Они соучастники…»
Джордж Оруэлл

ZN.UA

"Ухо", горло, "Лімб"

@zn_ua

Читайте @zn_ua

Я уже с ZN.ua

Музыкальное агентство «Ухо» показал в столице свой юбилейный сотый проект. Точнее, спектакль — «Лимб». Национальная опера Украины подключилась «к современности» и предложила провести это мероприятие на своей сцене. Билеты продали за две недели. Правда, в зале почему-то было немало свободных мест.

Еще весной 2012-го в Киеве возникло музыкальное агентство «Ухо». Интересы его руководителей — Александра Андрусик и Евгения Шимальського — сосредоточены вокруг современной, не очень известной у нас, украинской и зарубежной музыки.

В программах «Уха» в разное время звучала музыка Е.Вареза, Д.Куртага, Дердя и Лукаса Лигети, В.Сильвестрова, Х.Скемптона, П.Этвеша, П.Аблінгера, Т.Хосокави, Т.Такемицу и многих других композиторов ХХ—ХХІ вв.

Теперь об опере «Лимб». Ее автор, итальянец Стефано Джервазоні, родился в 1962 г. в Бергамо. Это один из ведущих композиторов наших дней, который начал музыкальное образование в 1980-м в Миланской консерватории им. Дж.Верди после встречи с Луиджи Ноно. Учился в Луки Ломбарди, Никколо Кастільоні и Асио Корги. Стажировался в Дьердя Лигети, Брайана Фернехоу, Петера Етвьоша и Хельмута Лахенмана — монстров современной музыки.

Опера «Лимб» (авторское название Limbus-Limbo) написана по заказу Министерства культуры Франции для Страсбургского ансамбля перкуссии в 2011-2012 гг. Украинская премьера состоялась благодаря агентству «Ухо», инструментальном «Ухо-ансамбля», сценографии Кати Либкинд и другим участникам проекта.

Либретто Патрика Хана, написанное шестью языками языках, использует оригинальные тексты Джордано Бруно, Мэрилин Монро, Карла Линнея, Данте, Фридриха Ницше, Карла Крауса.

Главных персонажей три: Тина (из соображений соблюдения авторских прав, так обозначенная Мэрилин Монро: выполняет роль итальянское колоратурное сопрано Анна Піролі), Бруно (имеется в виду Джордано Бруно: поет французский контратенор Гийом Фигель Дельпеш) и Карл (якобы Карл Линней, шведский натуралист ХVІІІ ст., — партия поручена резиденту Гамбургской оперы, украинский баритон Виктору Рудю).

Солисты озвучены через радиомикрофоны, хотя акустика театра и их отличные вокальные данные вполне позволяют обходиться без техники. Это обусловлено необходимостью синхронизации голоса с живым инструментальным сопровождением, заложенными в партитуре электронными инструментами и записями (за электронику отвечала композитор Алла Загайкевич, которая использовала восьмиканальную систему, сэмплирования и обработку данных в реальном времени).

На сцене постоянно присутствовали четверо: Дарья Мельник, Владислав Онищенко, Александр Боднар и Сергей Скульский. Они изображают души людей, что находятся в лимбе, и одновременно символизируют тени главных героев.

"Ухо", горло, "Лімб"

Макс Требухов/LB.ua

Лимб-в католическом богословии — термин, что означает «состояние полужизни» и место пребывания душ, которое не является ни раем, ни адом, ни чистилищем. Это и самоощущение главных героев, свойственный их «подвешенном», растерянному, неопределенном статуса.

Герои — с их разновекторным мироощущением — не способны не только понимать, но и даже услышать друг друга.

Мэрилин-Тина — сама чувственность и постоянная рефлексия, она не слышит тех, с кем говорит. Карл — материалист, что исповедует научное мировоззрение, рациональный и увлечен лишь заботами о растениях и животных своего сада.

Бруно — воплощение погружение в абстрактные метафизические философствования. И с такими установками герои «будто общаются» на протяжении семи картин постановки, которая идет без антракта.

Опера захватывает, его интересно слушать и смотреть. Возможно, пребывание в состоянии «лимба» кого-то веселит, но большинству публики пришлось продираться в течение часа с четвертью сквозь сложный музыкальный текст, лоскутный содержание и малорухому, хотя и нескучную режиссуру.

Добавим оформление в виде pop-up выставки художницы Кати Либкинд, среди экспонатов которой проживают остатки своих жизней герои. В финале оперы закадровый голос сообщает об отмене лимба — «зал вечного ожидания, скуки и сомнений». Это действительно реальное событие: в 2007-м, во время правления Папы Бенедикта ХVI, решением международной теологической комиссии его официально отменено. Умирать герои не хотят. Но не выполнять предписание «не оставлять личных вещей и покинуть это место» не удается никому — ни героям на сцене, ни их реальным прототипам…

Музыка оперы такая же абстрактно-атональна, как ее философия. Вокальные распевы почти нет — певческая и инструментальная ткань выкладываются с пуантилістичною отрывочностью и стохастической схоластикой.

Жидкими тональными оазисами служат несколько цитат-пародий на Монтеверди, Лахенмана, Оффенбаха, Уэббера. Опера сложная философскими абстракциями, запутанным психологизмом, музыкальной многослойностью и поліжанровістю.

С первого раза «услышать» ее непросто. Большой радости уху она не дает. Скорее, дает пищу для ума — и во время спектакля, и по окончании.

"Ухо", горло, "Лімб"

Макс Требухов/LB.ua

Как часто бывает в современной музыке, конечный «чистый продукт» постановки очень зависит не только от авторов, но и от мастерства участников процесса. В малопригодном для демонстрации вокального умения тексте голоса трех солистов прозвучали прекрасно. Отличное сопрано Піролі, светлый контратенор Дельпеш и выразительный сильный баритон Рудь, кажется, объединили разрозненность партитуры в общий поток.

Отдельно несколько слов про Виктора Рудя. Он киевлянин, в 19 лет с отличием окончил НМАУ как хоровой дирижер. Проработав некоторое время руководителем студенческой хоровой капеллы КПИ, вскоре уехал в Лондон, где стал студентом вокального факультета Королевской академии музыки. По ее окончании стажировался в Staatsoper Berlin, был постоянным солистом Гамбургской государственной оперы. Поет ведущие партии в Гамбурге, отвечает на предложения других европейских театров. На сцене Национальной оперы выступил впервые. Дебют оказался неординарным, но тем более ценным.

Огромный пласт чрезвычайно сложного текста преодолели, подняли и донесли шестеро отличных перкуссионистов: Евгений и Дмитрий Ульянови, Дмитрий Ильин, Сергей Ризоль, Сергей Кипень и Тарас Куц. Они играли на нескольких десятках и известных, и малоизвестных у нас инструментов, часть которых транспортировали в Киев из дальних стран.

Кроме большого количества ударных, в создании образов главных героев заняты цимбалы — лейттембр Карла (играет Александра Дзенісеня), валторна, что воплощает образ Бруно, и альпийский рог (Евгений Чуриков). И блокфлейта-Тина (на ней играет Катажина Чубек). Партитура чрезвычайно сложна, усилия требуются огромные, но спектакль получился. Опера удалась.

Источник

Добавить комментарий