Украинское кинопроизводство в 20-х годах: конкуренция и антагонизм

Українське кіновиробництво у 20-х роках: конкуренція і антагонізм

«Люди, которые голосуют за неудачников, воров, предателей и мошенников,,
не являются их жертвами. Они соучастники…»
Джордж Оруэлл

ZN.UA

Українське кіновиробництво у 20-х роках: конкуренція і антагонізм

@zn_ua

Читайте @zn_ua

Я уже с ZN.ua

Двадцатые годы ХХ века были тем коротким периодом автономии, когда кинопроизводство и кинопрокат в Украине были независимыми от Москвы.

Талантливое хозяйствования украинцев в киноиндустрии дало хорошие плоды. Умело организованный прокат приносил доходы, которых хватало не только на производство фильмов, но и на закупку за рубежом необходимой техники и пленки, на строительство большого, на сорока гектарах, кинофабрики в Киеве.

Доходы с проката разрешили быть независимыми и от своего правительства: киноотрасль была полностью на самоокупаемости. Однако этих успехов в Москве не оценили. Наоборот, «Совкіно» вводит 1923 года блокаду украинских фильмов, а фильмы Всеукраинского кінофотоуправління (ВУФКУ), которые выходят в прокат иностранных стран, выдает за российские. Таких фактов, которые зафиксированы на страницах тогдашней прессы, немало, и они показывают настоящую, а не декларируемую политику Москвы в отношении Украины в короткий период украинизации и экономической автономии. Пока в большевистской верхушке шла борьба за власть, Украина имела относительную свободу, по крайней мере для самостоятельного хозяйствования и авангардистских экспериментов. И когда на властном олимпе победил единственный вождь, пришло время незыблемой догмы. Киноотрасль должна была слиться с загальносоюзною, а художники-авангардисты, которые не сумели адаптироваться к новым требованиям, подвергались уничтожающей критике, а довольно скоро и репрессий.

В 1926 году Николай Бажан, поэт, сценарист, редактор журнала «Кино», писал, что за тот год выпущено более 30 художественных фильмов и что достаточно скоро Украина сможет удовлетворить 40% всей потребности Союза в кинофильмах. Это была реальность, а не самодовольное восхваление, однако «Совкіно» — монополист проката в РСФСР — не пускало фильмов ВУФКУ в Россию. «Кто не помнит, — продолжает Бажан, — какой шум поднялся в прессе, когда «Броненосец «Потемкин» никак не мог доплыть до берегов Украины? Сейчас тоже пришло время поднять такой шум, но уже по другому поводу: когда же, наконец, Россия увидит последние украинские фильмы? Совкіно до сих пор не показало трудящимся России ни «Борьбы гигантов», ни «Алима», ни «Гамбург», ни одного из последних выпусков ВУФКУ. Все же лучшие картины Союза на Украине шли и идут».

Українське кіновиробництво у 20-х роках: конкуренція і антагонізм

Такую бескомпромиссную оценку ситуации в последующие десятилетия восприняли бы как неслыханная дерзость, да и никто не посмел бы это напечатать, но тогда за правду еще не наказывали. В статье Бажана сравнение украинского и российского кино было не в пользу последнего: «Уже и теперь кинематография РСФСР дает продукты значительно ниже качественно и дает их значительно меньше, чем кинематография Украины. Когда не обращать внимания на единичные картины единичных создателей (вспомните Эйзенштейна, Кулешова, Вертова!), то заурядный фильм РСФСР (различные «Сигналы», «Байкальские хатки» и «Спирьки Шпандирі») ни с какой стороны не может сравниться рядовому фильму Украины. Не вмівши хорошо наладить дела, не поставив ее на определенный грунт, как со стороны финансового, так и со стороны организационного, кинематография РСФСР, вместо постепенного роста и развития, упадок, уменьшая свое производство и закрывая фабрики».

То, что Николай Бажан писал объективно, а не через свои антироссийские настроения или предвзятость, подтверждает оценка российских фильмов, в частности выпущенных Обществом «Межрабпом-Русь», русского критика Михаила Блеймана. Материалом для тех фильмов, по его мнению, «история в костюмах», но «каким был материал картины, он не современный, не бытовой, историко-революционный. Он условный и эстетически зализаний. (…) Образцовыми картинами в этом смысле является «Поэт и царь» или «Солистка его величества». В этих картинах нет ни одного персонажа, который бы не был по меньшей мере графом. Даже дворцовые лакеи — столбовые дворяне. Это высшая степень фальшивой стилизации устаревшего материала. Герои и материал — экзотические».

И все-таки, почему же существовала блокада? ВУФКУ имело монопольное право на прокат внутри своей республики. А украинский фильм на экраны другой республики, как и фильмы других республик в прокат Украины, мог попасть только после заключения договора купли-продажи. Но с заключением договоров часто медлили, и появление фильма другой республики могла откладываться на месяцы. Камнем преткновения стало несогласие сторон в цене. ВУФКУ не собиралось уступать, ценя свою продукцию и не желая переплачивать за продукцию российскую. Кроме того, ВУФКУ считало неприемлемым согласовывать с «Совкіно» планы своих экспортных операций. Такая неуступчивость переросла в обоюдный бойкот.

Тем временем в среде российских кинематографистов созрела идея централизовать прокат. Однако ВУФКУ, опираясь на поддержку ЦК ВКП(б) Украины, несколько лет удавалось удерживать свои позиции. Председатель правления ВУФКУ Захар Хелмно так объяснял непростые отношения Совкіно и ВУФКУ: «до сих Пор не налажены отношения с Совкіно. Совкіно стремится не вглубь, а вширь и рассматривает ВУФКУ как конкурирующую организацию, которую хочет слить с собой. Но для всех должно быть ясно, что работа ВУФКУ во всех отраслях идет вперед, тогда как Совкіно не справилось ни с одной из поставленных задач. Поскольку Совкіно не удается съесть ВУФКУ, оно стремится действовать путем бойкота. Не покупает наших картин, требует за свои много денег. Мы считаем, что этот вопрос урегулируется созданием комитета при Наркомторзі, который будет регулировать цены на картины советского производства».

Нельзя сказать, что зрители в России не интересовались украинским кино. Наоборот. И есть факты, которые об этом свидетельствуют. В 1927 году режиссер Одесской кинофабрики Арнольд Кордюм приехал в Ленинград снимать фильм «Непобедимые». «В Ленинграде, куда прибыла экспедиция для съемок на натуре фильма, отнеслись к нашей работе с огромным вниманием. Целый ряд корреспондентов местной и московской прессы посетила экспедицию, ознакомилась с ее работой. (…) Ленинградцы возлагают большие надежды на взлом «блокады» на прокат украинских фильмов».

Действительно, летом 1927 года бойкот в интересах хозяйственной целесообразности было прекращено. ВУФКУ продало Держкінопрому Грузии 21 картину и закупило 12. Обмен был осуществлен с Белоруссией и Узбекистаном, в т-ва «Межрабпом-Русь» куплено 6 картин. ВУФКУ продало «Совкіно» 9 картин на сумму 571 тыс. руб, купив у него за такую же сумму 30 картин. И это произошло после того, как был снят с должности неуступчивого Захара Хелмно, чьими усилиями киноотрасль в Украине была налажена и успешно развивалась.

В тогдашнем кинематографе России, в частности в прокате, дела блестящими не назовешь. Тем временем в российском журнале «Советское кино» появляется клеветническая статья Арустанова, где ложно освещены прокатную политику ВУФКУ, искажены факты, демагогически подтасованы цифры. Он искал отрицательное в «бальной» системе ВУФКУ. П.Могилянский на страницах журнала «Кино» опровергает несправедливые упреки. «Опыт показал, что система проката ВУФКУ исключает всякое рвачество и стимулирует к рациональности эксплуатации театров».

Тем временем российская киноотрасль «прославилась»: того же 1927 года в Москве вспыхнул скандал, было открыто уголовное дело против кинематографистов, которые разворовали государственные деньги. «Процесс московских кінопрацівників привлек к себе внимание
всей советской общественности, осветил ужасные и возмутительные факты и материалы, которые характеризуют преступную вакханалию на кинопроизводстве», — писал председатель правления ВУФКУ Александр Шуб. Дело рассматривал Московский губернский суд.

Самостоятельность ВУФКУ проявлялась и в налаживании деловых контактов с Европой. Начали еще в 1926 году (продажа в Австрию), а впоследствии ленты ВУФКУ закупала французская компания «Пате». Прорвались фильмы (в частности «Два дня» и «Арсенал») и в прокат США. Однако, как писал А.Шуб, ВУФКУ не могло вести торговлю с заграницей на равных началах с Совкіно, только при посредничестве последнего.

Українське кіновиробництво у 20-х роках: конкуренція і антагонізм

К сожалению, осведомленность об украинской культуре и о украинское кино за рубежом была недостаточной. Украинские художники мало там бывали. Именно поэтому монополист экспорта «Совкіно» незаконно подменял марку производителя украинских фильмов.

Нью-Йоркская еврейская газета «Таг» в номере от 5 февраля напечатала большую статью, посвященную фильму ВУФКУ «Два дня» режиссера Георгия Стабового.

«Новое кино-театр, — пишет «Таг», — демонстрировал на своем открытии фильм «Два дня». Этот фильм познакомил нас, американцев, с новым Эмилем Яннингсом — главным героем фильма — И.Замичковським. Ни с каким другим кіноартистом Замичковського не сравнить».

Терновым путем достигла украинская кинематография того места, которое она сейчас занимает на союзном экране. В начале ироничное, позже терпимое, наконец, милостивое отношение к украинского фильма — изменилось, конец-концом, заслуженным признанием его. И странно, кому из «тяпів» Союзного Амторгу захотелось выдавать «Два дня» за российский фильм производства «Совкіно»? А газета «Таг», думаем, аттестует «Два дня» как фильм российский не без оснований…

Когда бы мы были уверены в том, что в данном случайные в этой аттестации, в этой подмене «марки» нет нарочитости, то мы бы даже не реагировали на такой «ляпсус», и, к сожалению большой, случаи рекламирования заграницей производства национальных советских киноорганизаций, как производства Совкіновського, к тому обязательно, как российского производства, — такие случаи встречаются чрезвычайно часто

…»Швайцар украинского пана»… так характеризует рецензент «Таґ’у» роль Замичковського. Всего, получается, только и есть в фильме украинского, что… господин. (…) Совкіно, видать, не возражает против того, чтобы производство ВУФКУ фигурировало на зарубежном экране, как «российский фильм производства Совкіно»…

И вряд ли ответ на поставленный вопрос. И что ВУФКУ могло поделать? Констатировать другие аналогичные факты. Теперь уже Париж, где в престижном кинотеатре «Старая голубятня» показали картину Николая Охлопкова «Проданный аппетит» за памфлетом Поля Лафарга с Амвросием Бучмой в главной роли. Рецензенты одобрительно отнеслись к фильму. «Но удивляет нас, однако, ни в одной рецензии не указано что фильм — изделия ВУФКУ. Рецензенты или отмечают, что это — «фильм рюс» (российский фильм), или не упоминают о его происхождении. Неужели торгпредства, что продают наши фильмы, не дают покупателям надлежащих сведений и не могут оговорить, чтобы зрители были проинформированы о производителя?».

Пока происходили такие досадные случаи, идея централизации проката в среде российских кинематографистов созрела окончательно. Озвучил ее критик и режиссер «Совкіно» Ерофеев, доказывая, что отделенность работы республиканских кіновідомств наносит ущерб. Идею подхватили, и она немедленно набрала «весомых аргументов»: «Свободное хождение кинокартин по всему Союзу обеспечит здоровое соревнование кіноорганізацій и сделает невозможным выпуск антихудожньої и идеологически сомнительной продукции, которая потреблялась до сих пор, особенно в Украине, где есть лишь одно ВУФКУ с монополией производства и проката».

«Совкіно» выявило ловкость в шахраюванні не только в зарубежной, но и в делах внутренних. Добившись прекращения таможенной войны, длившейся три года (1927 года В.Шуб подписал соглашение с Совкіно), институт на этом не остановилась: мол, в каждой из республик есть свое национальное жизни, но остальные — это загальнопролетарська культура и поэтому надо объединить под своей эгидой все кіноорганізації республик. В конце декабря 1927 года в Москве «Совкіно» созвало совещание, где, несмотря на протесты ВУФКУ и кіноорганізації Белоруссии, приняли постановление из двух пунктов: 1) вывести кіноорганізації из подчинения Наркомосів и подчинить их ВСНХ (возглавить объединенное ведомство «Совкіно» еще не решилось); 2) объединить их, лишив автономии.

Однако воплотить в жизнь это постановление тогда не удалось, еще силен был сопротивление старого большевика Николая Скрипника, который признал такое постановление вредной и резко выступил против, публично заявив об этом на партийном совещании в Украине в январе 1928 года. И российские киночиновники не собирались сдаваться и вышли со своей идеей на самый высокий уровень власти СССР. В марте большевистское ЦК ВКП (б) созывает совещание, посвященное кино, и глава «Совкіно» Шведчиков снова предлагает то же самое — ради развития кинематографа (о том, что в Украине кино развивается хорошо, не упоминалось) объединить всех, лишив автономии.

Снова протест республик, опять аргумент, что это ревизия национальной политики партии, что это приведет к разрушению этого участка национальной культуры, к гегемонии одной кіноорганізації над всеми другими.

Бесполезно. Вскоре, а именно: 13 февраля 1930 года, Всесоюзный Совнарком принимает постановление «Об образовании общесоюзного объединения кинофотопромышленности». ВУФКУ, которое переименовывают в «Украинфильм», переходит в подчинение Государственного всесоюзного кінофотооб’єднання «Союзкино».

Национальное самосознание, что успела утвердиться в Украине за время украинизации, неизбежно входила в противоречие с имперской политикой большевиков, которая не отличалась от имперской политики, которая существовала до них: завоевывать и уничтожать. Украина, для которой блеснула надежда независимости, оказалась в колониальном положении. Задекларированная большевистской властью гарантия культурного развития наций ушла в небытие, а вскоре начались репрессии.

 

Источник

Добавить комментарий