«Тоска» Монастырской

"Тоска" Монастирської

Умные имеют
держаться вместе!

ZN.UA

"Тоска" Монастирської

@zn_ua

Читайте @zn_ua

Я уже с ZN.ua

Украинская примадонна Людмила Монастырская триумфально выступила в Opera Bastille в опере Дж. Пуччини «Тоска».

Opera Bastille — часть Парижской национальной оперы. Напомню, первой парижской спектаклем украинской примы стала «Аида» Верди, которую показали этим летом и которую хорошо приняла публика. После успеха в этой коронной роли Монастырская в октябре выполнила в Opera de Paris партию Тоски в одноименной опере Пуччини.

Спектакль прошел с участием двух кастингов. В первом главную партию пела Аня Хартерос, которую зал встречал овациями после каждого спектакля. (Кстати, роль Анджелотти в этом составе исполнил украинский бас Александр Цымбалюк.)

Успех Тоски-Хартерос лишь подогрел интерес к парижского дебюта в этой партии Людмилы Монастырской. Всем было интересно, сможет ли украинка произвести в Париже такой эффект, который произвела немецкая оперная знаменитость, окрещенная критиками «сопрано века»?

Развязка этой интриги наступила практически одновременно с появлением на Монастырской сцене. Ее голос — вот главное событие, что отодвинула на второй план и актерскую гибкость певицы, и небогатая оригинальными идеями постановку Пьера Оди. Уточню: центральным сценографічним элементом постановки был гигантский деревянный крест, который нависает над сценой, постоянно меняя местоположение, и хорошо «читается» только с партера (сценография Кристофа Хетцера).

"Тоска" Монастирської

Глубокий, плотный на низах, легко плывущий в верхней тесситуре, отшлифованный с точки зрения техники, голос Монастырской протяжении всего спектакля вызвал только одну мысль: он совершенный. Этот голос останется в истории оперы рядом с другими великими голосами.

В парижской «Тосці» Монастырская очередной раз показала, насколько виртуозно, как и положено примадонне, она умеет адаптироваться к сложным задачам музыки, что выходят из течения драмы.

Вот ее тембр звучит прозрачно, нежно и игриво в сцене с Каварадосси в первом действии. В арии-молитве второго действия Vissi d’arte, vissi d’amore слышим совсем другую героиню. Измученная борьбой с жестоким начальником римской полиции Скарпиа, что заставляет непокорное красавицу слушать, как пытают ее возлюбленного, Тоска полностью меняется, от беспечной певицы — любимицы Рима с первого действия не остается и следа.

"Тоска" Монастирської

Голос Монастырской будто замирает в жутком и одновременно прекрасном ожидании катастрофы.

Сам Пуччини считал, что эта ария тормозит развитие действия. Монастырская талантливо воспользовалась этой драматургической «паузой» и провела от нее мостик к трагическому финалу.

Она молится арией так, что мы понимаем: Тоска уже готова к смерти — и Каварадосси, и своей.

В момент, когда Тоска убивает Скарпиа, голос героини снова взблескивает новой гранью. Теперь это жестокий и дикий крик мести, воплощенный Монастырской с невероятной убедительностью, от которой по залу прокатился нервный трепет.

Не меньшее напряжение охватила публику и в третьем действии в сцене постановочного расстрела Каварадосси, что оказывается «реальным», и герой погибает на глазах у Тоски.

"Тоска" Монастирської

Самоубийство главной героини вслед за расстрелом, что его режиссер решил без особой изобретательности, приобрело эффекта только благодаря мастерству певицы, которая сумела своей интонацией передать весь ужас кровавого конца драмы.

Вокал Монастырской с каждым сезоном приобретает все большее магнетизма, тем самым постоянно повышая требования к ее партнеров по сцене.

В Париже с этим проблем не было. В партии Каварадосси отлично выступил аргентинский тенор Марсело Альварес. В ансамблях ему изредка не хватало способности (или желания) идеально уживаться с другими голосами, зато его трактовка знаменитой арии E luccevan le stelle вызвало восторженные аплодисменты, и вполне заслуженно.

Образ Скарпиа и в вокальном, и в актерском плане прекрасно воплотил уэльский бас-баритон Брин Терфель, один из лучших интерпретаторов этой партии среди современных певцов. Скарпиа-Терфель (как и написали Сарду, а за ним — и Пуччини) вышел злодеем, в момент убийства которого у зрителя не возникает ни капли сочувствия.

Оркестром в «Тосці» руководил израильский дирижер Дэн Эттингер. Страстность итальянской интонации схвачена и передана им на уровне, который соответствовал серьезном кастинге, поэтому одинокое «бу» в адрес маэстро во время финального поклона слышать было странно. Происки конкурентов, не иначе?

Источник

Добавить комментарий