Роман Минин: Арт-рынка в Украине нет!»

Роман Мінін: "Арт-ринку в Україні немає!"

О Романа Минина говорят как об одном из наиболее успешных, топовых и самых продаваемых украинских художников. В частности, два года назад его работу «Генератор донецкого метро» продано на торгах sotheby’s в Лондоне за 11,4 тыс. долл. Недавно в Америке он успешно презентовал свой проект «Ковер обещаний». А вскоре представит большую выставку в Бельгии.

— Роман, недавно в интервью DT.UA арт-дилер Игорь Абрамович рассказывал, что ваша работа «Ковер обещаний» в рамках американского конкурса в Гранд-Рапідсі невольно стала контекстом для Дональда Трампа во время одной из его предвыборных поездок. Расскажите про этот конкурс, кто и с кем там соревнуется, чего и нам следовало бы поучиться у них.

— Город Гранд-Рапидс размещено неподалеку от Детройта. Это город мастеров и студентов, гуманитариев, художников, дизайнеров. Такое ощущение, что, кроме них, там никого нет. Город превращен в центр современного искусства.

Сам конкурс входит в ТОП-20 арт-событий Америки, которые надо обязательно посетить. Город, кстати, именно и славится этим конкурсом (он происходит раз в год).

Вы не представляете, что вся инфраструктура города подчинена этому событию: столь правильно организованный менеджмент. Город получает доходы от конкурса. Организованы дополнительные авиарейсы, хорошая реклама по всей стране.

Поэтому туда слетаются граждане со всей Америки. О масштабе арт-конкурса свидетельствует хотя бы призовой фонд: главный приз — около 200 тыс. долл.

Называю такое арт-соревнования — большими американскими горками. Когда все приезжают на своих трейлерах семьями, расселяются, ходят, смотрят. Если честно, то не ожидал такого количества зрителей. Это десятки тысяч.

Роман Мінін: "Арт-ринку в Україні немає!"

«Ковер обещаний»

Композицию «Ковер обещаний» я придумал еще в начале 2016-го. 99% всего, что я делаю, — эскизы монументально-декоративных панно. И я просто воплотил в жизнь один из своих эскизов.

«Ковер обещаний» разместили в главном здании, на стеклянной стене. Это масштабная работа — 15 на 20 метров.

Все выглядело эффектно, красиво, заметно.

Благодаря «Ковру…» мы и попали в ТОП-25 конкурса художников. Столько автографов я еще ни разу не раздавал.

Дети ходили с тетрадками, сами описывали концепцию понравившейся работы, брали интервью у художников, составляли свой личный ТОП. То есть учились потреблять искусство.

— Какие страны сейчас наиболее пристально следят за вашим творчеством и приглашают с выставками, с другими проектами?

— В ближайшее время надо лететь в Брюссель. Там будет моя персональная выставка. После этого — Китай (но это довольно абстрактно). А в Брюсселе выставлю свои картины, скульптуру.

Сейчас начал экспериментировать со скульптурой, появилась такая возможность. Хотел бы делать определенные барельефы на домах. Но пока что приходится выполнять эскизы работ.

В Брюссель также повезу эскизы. Все мои картины — это эскизы панно, которые «могли бы быть».

На самом деле в Европе, не говоря уже об Америке, искусство украинских художников представлено недостаточно. Хотя мир огромный. Но для того, чтобы в этом огромном мире появилось хотя бы понятие об украинской арт-индустрию, нужно иметь большие мощности и объемы» сотрудничества с мировыми дилерами.

Художники, которые, на мой взгляд, достойно представляют Украину в мире, — Interesni Kazki. Эта группа художников объездила весь мир. У них постоянные экспозиции. Они рисуют на домах. То есть им не нужно сотрудничать с какими-то галереями, музеями. Им, в определенном смысле, легче: сколько висит та или иная их работа, столько это и работает на их имидж. Это существенно помогает с рекламой, их знают.

Меня в Украине более-менее знают. А если выехать за пределы страны — в Европу, Америку, то нужно начинать игру сначала.

— Как-то вы пессимистично настроены…

— Если сравнить мой порядок дня с повесткой дня европейских художников, то это, как говорят в Одессе, две большие разницы.

Европейские коллеги живут в аэропортах: у них выставки расписаны на годы по всему миру.

Кстати, в Украине почему-то говорят, что я работаю в поп-арте. Но, в принципе, если взять мировую арт-критику, то заниматься тем, чем занимаюсь я, — совсем не «попсово»

Роман Мінін: "Арт-ринку в Україні немає!"

Однако это направление — не мировой тренд. А прокладывать путь в искусстве — сложно, если идешь практически один.

К счастью, есть команда, с которой я работаю, я не сам-один. Это и Игорь Абрамович, и другие друзья-знакомые.

Но все же в каждом деле нужна институциональная поддержка, заинтересованность арт-рынка…

Искренне желаю каждому художнику в Украине покорять другие страны, пытаться выйти со своим творчеством на новую международную орбиту.

— Рентабельно ли сегодня украинскому художнику, такому как вы, работать только на местном рынке? Много сейчас частных заказов?

— Знаете, арт-рынка как такового в Украине нет! Может, время теперь не то? Ведь, например, витраж (то, что делаю я) — предмет роскоши, это стоит дорого.

А как в наше время можно вкладывать деньги в предметы роскоши, когда много людей живут на чемоданах? Зачем вкладывать деньги в то, что потом придется оставить? Непонятно, что будет завтра.

В такой ситуации и в таком зависшем состоянии искусство — только посторонний фактор, который берется во внимание, но интересует людей в последнюю очередь.

— А активные сегодня на рынке украинские коллекционеры?

— Настоящих коллекционеров в Украине не так уж и много. Их можно перечислить на пальцах… Ну пусть не одной руки, а двух. Они приобрели по одной или несколько работ художника, который их интересует, — и все. То есть укомплектовали коллекции. А новых коллекционеров не прибавляется.

Но украинским художникам надо как-то жить дальше, надо развиваться.

Поэтому выжить в Украине может только художник, у которого хороший финансовый бэкграунд. Это когда родители богатые, оставили ему квартиру, машину, еще что-то. То есть на это не надо зарабатывать.

А сейчас в Украине на квартиру честным трудом может заработать только хороший айтишник (такие очень востребованы). И это отдельная каста профессионалов. Радует, что в этой сфере есть «прошарені» люди, которые интересуются современным искусством.

— Если говорить о роли арт-дилера в вашей жизни, то какова эта роль?

— Игорь Абрамович со своей командой, и они занимаются деятельностью по развитию современного искусства. Чтобы оно было привлекательным и популярным, чтобы стало образом жизни. И чтобы современная молодежь вообще коммуницировала с искусством, с художниками, училась пользоваться искусством, понимать его. Находить ответ на вопрос, зачем вообще нужно искусство. Игорь развивает это направление, он в своем деле — тоже художник.

— А как бы вы охарактеризовали метаморфозы собственного творчества — с чего начинали и к чему пришли?

— В раннем своем творчестве увлекался сюрреализмом. Потом поступил в училище и рисовал «по программе». Впоследствии попал в среду, в котором молодые люди увлекались разными стилями авангарда. Там я открыл для себя художественный мир заново. То есть перепробовал все стили. Потом занимался рок-музыкой. Далее — нашел свою тему. Или тема сама выбрала меня?

Это тема, посвященная Донецкой области, шахтерам. Таким образом, прошел довольно гармоничный, нормальный поэтапный путь развития — от реализма до декоративного обобщения этого реализма.

Теперь у меня этап мифологизации, визуальной и образной поэзии, можно сказать — поэтизации. Я далек от реализма, в его смысловом значении. Ведь всегда есть форма и содержание картины. Поэтому в плане формы я бесконечно далек от реализма…

И скажу, что становлюсь далеким от реализма даже в содержании. Мои картины о том, «как бы хотелось, чтобы было». Такая себе сказка про Донецкую область, а не пересказ фактов или констатация выпусков новостей.

Рефлексией давно не занимаюсь. Меня поражают вещи, которые развиваются во времени, даже в большом промежутке времени. Ведь я путешествую и понимаю, какой мир огромный.

Я ищу место для нашего аутентичного, экзотического, яркого искусства. Мне вообще интересно, какое место займет Украина в истории современного искусства.

— Вы родились в Донбассе в городе Димитрово, в семье горняков. И, как известно, много ваших уже культовых арт-циклов посвящены именно шахтерской тематике.

— Да, родители и теперь живут в городе Мирнограді (бывшем Димитрове). Это украинская территория. Но совсем недалеко от границы «ДНР». Я туда уже не езжу, они приезжают ко мне.

Хотел бы, чтобы мой родной край, Донбасс, считал мои картины своими, родными. Первую работу на эту тему нарисовал еще 2004-го.

Роман Мінін: "Арт-ринку в Україні немає!"

Этой серией интересовалась Москва в 2007-2008 гг. И я отвез туда около 80 своих работ. Впоследствии ничего не осталось. Никакой работы не было продано, и я их отдал как плату за аренду галереи.

В целом, все истории, связанные с Москвой, — это мой негативный опыт. Жестокое город.

Роман Мінін: "Арт-ринку в Україні немає!"

Серию шахтерского фольклора я специально сделал как один из инструментов общения Востока и Запада Украины. Всегда говорил, что надо общаться. Но меня никто не слышал. Все крутили пальцем у виска: мол, зачем тебе вообще эти работы о шахтерах?

— Многие шахтеры видели вашу серию?

— Немного. Ведь выставку в Донецке сразу закрыли. А в Харьков никто специально не ездить. Преимущественно видели молодые, те, у кого есть страничка в соцсетях. Эти работы могли бы служить медиатором коммуникации, но только внутри Украины. Потому что в этой серии есть гармония формы и содержания. Плюс текст небольшого стихотворения.

Роман Мінін: "Арт-ринку в Україні немає!"

Сам собой стих простой, картинка тоже простая. Но если их объединить в один коктейль, то это работает. Они иллюстративные, очень выразительные.

Я возил работы о шахтерах в Польшу (на выставку). Но опять неудача! Как только выезжаешь из Украины, это не работает, поскольку люди не могут прочитать твой текст, и получается, что не понимают специфики шахтерского фольклора.

Поэтому больше этих работ никуда и не вывозил. А творчество должно быть универсальной, если интегрируемся в большой мир.

Роман Мінін: "Арт-ринку в Україні немає!"

Если людям непонятен донецкий менталитет, то мой принцип такой: то, чего нельзя отменить, надо возглавить. Надо делать картины не то чтобы одинаково понятны, а все равно непонятные везде. Что сейчас и делаю.

Пример удачного эксперимента — «Ковер обещаний» в Америке. Представьте, там даже не было стейтмента с описанием работы. Но люди заходили и восхищались. Они чувствовали силу и красоту этих обещаний — больших и ярких.

Красоту ментального состояния Украины — «обещаний» — я собрал в одну картину. Некоторые американцы, несмотря на «Ковер…», даже плакали. Были такие случаи! Плакали, а потом шли, приводили друзей, знакомых.

Роман Мінін: "Арт-ринку в Україні немає!"

— Однажды вы увлеченно рассказывали о муралы. Это направление сегодня является в вашем творчестве?

— Этим я занимался еще 2007-го. С командой муниципальной галерее организовывал стрит-арт фестивале в Харькове. Много стен расписали.

Но жанр муралів отходит в прошлое.

Я вот недавно узнал, как решают вопрос с муралами в Китае. Если использовать муралы как инструмент организации пространства в микрорайонах. В Китае художники не лазают по стенам, там для этого используют принтер, который печатает на стенах. И там этот вопрос решают комплексно — микрорайонами, а не домами. Такой принтер стоит относительно недорого — за 10 тыс. долл. можно купить старый.

Почему у нас небольшой КПД в связи с муралами? Потому что одна стена расписывается две недели. И себестоимость такой стены — минимум 3 тыс. евро. А это аренда снаряжения, могут задержать погодные условия. А с принтером та же стена — 300 евро. Это если не брать во внимание оплату эскиза художника. Тогда можно было бы немного больше заплатить художнику — не 100, а
400 евро за эскиз. И художнику комфортно, поскольку не надо работать на высоте… Одно слово, много нюансов. Это если говорить просто о муралы.

Но теперь есть современные технологии, позволяющие работать с архитектурой гораздо интереснее.

Стремлюсь реализовать проекты в жанре монументального искусства с использованием современных технологий. Хотел бы сотрудничать с программистами и делать виртуальное оформление городов. Например, внедрять гиперссылки, дополненную реальность, которые видны в VR-очках.

— Вы не хотели бы вернуться к идее стрит-арт фестивалей в том же Харькове?

— Мы успели сделать три фестиваля. В 2011-м — последний. Далее нам сказали, что надо платить деньги, если хотим организовать фестиваль. И, таким образом, я перестал делать эти стрит-арт фестивале. Художники что-то делают для города, а чиновники отчитываются, как много они принесли для этого же города и сколько потратили…

К сожалению, украинский арт-рынок выталкивает способных людей за границу.

— Вы планируете уехать?

— Не хочу ехать. Но, видимо, придется. Дал себе год — до 2018-го. Хочу в следующем году сделать большую персональную выставку в Харькове. И потом подумаю, ехать или нет.

По крайней мере хочу, чтобы моему ребенку, которому сейчас 7 лет, было легче. Не хочу, чтобы государство воровало у нее время.

В Украины огромный творческий потенциал, много молодежи, но пока что невозможно изменить что-то к лучшему. А время истекает. То есть получается, что государство ворует время у себя, создавая сплошные фейки и ИБД — имитацию бурной деятельности.

Ведь у нас единственное и самое важное искусство — искусство фейков. Наши политики — просто маэстро в этом жанре. Быть политиком и не быть мастером ИБД — нереально.

— Вас как человека, который родился в Донбассе, естественно, волнует вопрос, когда закончится война. Что вам подсказывает хотя бы интуиция?

— Многие хотят, чтобы это закончилось. Кроме тех, кто рулит мировой глобальной политикой. Кто стоит над Украиной. И в результате получается, что Украина это совершенно несамостоятельная…

Роман Мінін: "Арт-ринку в Україні немає!"

Мои родители, как и все нормальные люди, очень устали от того, что происходит. Никто не хочет войны, все хотят нормальных условий жизни: чтобы дети росли в мирной стране, чтобы были деньги. А остальное — политика и ментальные ловушки.

Источник

Добавить комментарий