Публичное искусство: эстетика vs политика

Современные тенденции оформления жилых интерьеров все больше тяготеют к минимализации, сдержанности и лаконичности обустройства пространства. Зато улицы приобретают все большей декоративности, которая часто граничит с визуальной захламленностью. Кажется, что чрезмерное декорирование вытолкнули из частного пространства в публичное. Безудержное хаотичное украшение похоже на соревнования с самого, самого яркого, самого большого.

В этом водовороте пытается найти свое место и современное публичное искусство, сохраняя беспристрастность, актуальность и критичность авторского высказывания. Художники работают вне специального экспозиционного пространства музеев и галерей, выходя навстречу зрителю и привлекая его к взаимодействию, также взаимодействуя и с самим городом, его архитектурой, традициями.

Однако формы и методы такого взаимодействия все чаще используются для обслуживания коммерческих и политических интересов. О том, как современный паблик арт узурпується капиталом, уже говорилось в предыдущей статье на эту тему.

Публічне мистецтво: естетика vs політика

Скульптура <<Круг природы>> в рамках проекта Timotei. Природа большого города

Теперь, если обратить внимание на новые киевские инициативы, которые занимаются «украшением» города и появились незадолго до предвыборной компании 2015 года, то видно, что за каждым из них стоит конкретный политический деятель, который использует публичное искусство для собственного пиара. City Art Project проходит при поддержке Кличко, Dynamic Urban Culture Kyiv – Илья Сагайдак, председатель Святошінського района, мурал на бульваре Леси Украинки создан при поддержке председателя Печерской РГА Сергя Мартинчука. Таким образом, местные чиновники обеспечивают финансирование проектов, и сами же предоставляют разрешения на их размещение. Правда, в киевском муниципалитете и так нет проблем с получением разрешений.

Формально, ответственным за такое решение является управление контроля за благоустройством, директор которого и выполняет функции главного художника в городе. Однако на самом же деле главным критерием утверждения объектов является наличие внешнего финансирования. Например, проект киевского бизнесмена и мецената Александра Соколовского Kyiv Fashion Park, который концентрируется на современной городской скульптуре, за почти 5 лет деятельности создал более 25 объектов, не получив ни одного отказа с КГГА. Правда членом экспертного совета этого проекта является Сергей Целовальник — до недавнего времени главный архитектор города.

Публічне мистецтво: естетика vs політика
Фото: tochka.net
«Радуга» Александра Алексеева — один из объектов Kiev Fashion Park

На самом же деле публичное искусство, а именно перманентные объекты — скульптуры, пространственные инсталляции, муралы, — это такая же важная составляющая городской жизни, как и архитектура, и требует комплексного решения и целостного согласования. И она точно не должна руководствоваться субъективными вкусами чиновников или их дружескими отношениями с меценатами.

К примеру, в Берлине работает специальная экспертная комиссия, которая предоставляет консультации относительно искусства в публичном пространстве. Каждый желающий может заполнить онлайн-форму, указав, что, когда, где и зачем он или она хочет создать. Будущий объект технически согласуется с общими нормами согласно генплана города, и в дальнейшем может быть предметно рассмотрен комиссией. Конечно, в публичном пространстве может быть размещен и объект, который имеет рекламный месседж — в таком случае его автору необходимо будет заплатить соответствующий налог в муниципалитет.

Публічне мистецтво: естетика vs політика
Фото: andberlin.com
Берлин. Мурал датского художника Дона Джонса(Don John) в рамках проекта One Wall Project

В Эстонии на общегосударственном уровне с 2010 года действует “закон одного процента”, согласно которому вновь построенные общественные заведения (офисы, администрации, заведения общественного питания и прочее) должны потратить один процент общего финансирования на создание арт-объектов. На этапе планирования строительства объявляется конкурс для художников с четким описанием будущей архитектурной единицы. Специально для него разрабатывается комплексное художественное решение, которое утверждается профессиональным жюри с указанными квотами и требованиями к уровню квалификации экспертов.

На сегодня в Киеве мы уже имеем один прецедент, когда вопрос создания/не создания определенного объекта в публичном пространстве вынесено не только на публичном, но и на экспертное обсуждение. Речь идет о процессе, организованный Анной Бондарь в Департаменте Градостроительства и архитектуры КГГА, относительно места вблизи Бессарабки, где раньше стоял памятник Ленину. Важный момент: речь идет не о том, какой памятник поставить вместо памятника Ленину, а о том, как вообще может быть организован этот непростой пространство в центре города. Архитекторы, художники, урбанисты работают над самим объектом, применяя комплексный подход и обращая внимание на вопрос локального трафика, инфраструктуры и архитектурных особенностей места, и тому подобное.

Публічне мистецтво: естетика vs політика
Фото: Макс Требухов

Почему же так важно обращать внимание на искусство в публичном пространстве, в частности на монументальное искусство? Ведь это не просто декорирование пространства, а, в первую очередь, мощный инструмент влияния и достаточно легкий способ общественных манипуляций. Всем хорошо известное советское монументальное искусство, которое было чрезвычайно популярно именно как пропагандистское средство, ведь находился в постоянном прямом взаимодействии с народом — реципиентом идеологической пропаганды. Происходило навязывание идей, стереотипов и моделей поведения даже в сфере частной жизни. Так например, во второй половине ХХ века, когда в СССР было официально разрешено женщинам делать аборт, в монументалістиці начали массово появляться образы женщин с гипертрофированными признаками репродуктивной функции — грудь, живот, бедра. Таким образом с помощью стенописи стимулировался прирост населения в советском союзе.

Кстати, в Харькове мурализм уже довольно давно стал манипулятивным инструментом местных политиков. В 2008 году харьковские художники Гамлет и Роман Минин начали активно работать на улицах, привлекая художников из разных городов (в частности в рамках фестиваля «Стрит арт Фест»). Это были в основном декоративные иронические граффити с использованиями локальных мемов и особенностей городской топонимики. Однако за несколько лет, как уличный фестиваль приобретал все большую популярность, харьковский муниципалитет решил более серьезно взяться за развитие городского стенописи. По поручению органов городского управления художникам заказывали создания огромных панно, прославляющих героев ВОВ, артистов советского кино и эстрады. Кількасотметрові маршал Жуков на коне, Юрий Гагарин, Клавдия Шульженко, георгиевские ленты, красные звезды — все эти элементы монументальных произведений, созданных в 2012-2014 годах, и были благоустройством по-кернесівськи. Была ли в этом заслуга молниеносной победе Кернеса на последних выборах в Харькове? Утверждать нельзя, но обратить внимание на этот феномен однозначно стоит.

www.mediaport.ua
Публічне мистецтво: естетика vs політика

В Киеве “муралізація” происходит в других масштабах, уже с международным размахом. Рисуют не местные «граффитчики», а приглашенные иностранные муралисты. Такой себе способ легитимизации вновь созданных объектов, ведь если художник создал много выдающихся работ по всему миру, то его работа в Киеве априори должна быть воспринята положительно. Конечно же имеет место и смещен идеологический акцент — на мурал доминируют вышиванки. 2014 год — “Возрождение Украины” — мурал художника Seth-a на Боричевом Току; 2015-й — оба муралы Гвидо ван Хелтона на Стрелецкой и на Печерском мосту. Даже на эко-мурали на Волошской тоже изображен мужчина в вышиванке. Нельзя отрицать, что эти произведения выполнены очень качественно, технически, с учетом архитектурных особенностей и аутентичного вида сооружений. К тому же, современные муралы и граффити – неотъемлемый атрибут любого современного города. Тем более странно наблюдать за горячими обсуждениями и спорами вокруг новых объектов и отсутствии общего видения на искусство в публичном пространстве, как у участников процесса, так и его сторонников или противников. Дело в том, что дискуссия происходит в разных смысловых плоскостях. Говорят словно “глухой со слепым”, спорят эстетическое и политическое.

EPA/UPG
Публічне мистецтво: естетика vs політика

Мурал Seth-а

Свободное публичное пространство – залог демократического развития общества.

Потому что это пространство — не только территория, это необходимая визуальная пустота — пространство для коммуникации, для формирования независимого общественного мнения и критического мышления граждан. Сегодня эти территории окупаются меценатсько-депутатскими лавочками, рисунками, скульптурами, которые в совокупности своей создают настолько насыщенный визуальный шум, что для беспристрастного художественного высказывания за пределами вандализма уже просто нет места.

Источник.

Добавить комментарий