«Мой Параджанов»: коллаж, мираж

0
159

"Мій Параджанов": колаж, міраж

 

Полувековой юбилей официальной премьеры одного из лучших украинских фильмов — «Тени забытых предков» С.Параджанова — стал у нас разноуровневым и многослойным. Как художественная стилистика самого фильма. От торжеств с участием президента в кинотеатре «Украина» (напомню: премьера состоялась в этом же зале 4 сентября 1965-го) до многочисленных международных сеансов «Теней» в США, Британии, других странах.

И вот еще один, совершенно удивительный уровень юбилейного осмысления шедевра — выставка «Мой Параджанов» в киевском Национальном музее русского искусства. 13 авторских коллажей Ларисы Кадочниковой, навеянных той эпохой, теми страстями. Теми же «Тенями».

"Мій Параджанов": колаж, міраж

Василий Артюшенко, ZN.UA

Давным-давно Анна Ахматова сказала Фаине Раневской: «Дорогая, вам 11 лет! И никогда не будет 12!» В заметно других декорациях жизни уже другой актрисе мне иногда хотелось бы сказать: «Дорогая, вам 17! И никогда не будет 18…»

Это, естественно, не по поводу паспортных данных: кто, где и главное — «когда» (родился). Большие актеры, как известно, рождаются не «в году», а «во времени». И если время привержен к ним, если они заходят с ним в какую-то мистическую заговор, то какая нам разница — «в каком году»?

Лариса Кадочникова — в нынешнем году, как и ранее, одних удивляет, других раздражает. Потому что муза Параджанова, Ильенко, Ефремова (как всегда, на высоченных, для многих недостижимых, шпильках) идет по настоящем времени, будто не замечая его оскала и прочего мракобесия. Бывает экстравагантной, не по погоде одетой, не к месту восторженной и искренней. Однако идет по времени, по жизни, отторгая все наносное и ненужное. Полагаясь лишь на свой внутренний мир, укоренившийся в идеалах и чувствах шестидесятничества, прежних поэтических кіноосяяннях, взросло-детских кіноілюзіях. Поэтому — все выше и выше каблук. Поэтому — «время, вперед!» (как назывался один из ранних ее фильмов).

"Мій Параджанов": колаж, міраж

Василий Артюшенко, ZN.UA

Около двух лет живет в пустой квартире без человека, которая была бесконечно предана ей, ежедневно обставляя ее мир заботой и бытом. Многим казалось, что теперешнее ее жизнь в одиночестве — на ограниченных квадратных метрах проспекта Победы, напротив «бермудского треугольника» (Загс) — однажды сломает ее, загонит в угол. Оказалось, умеет сопротивляться.

Такой себе мощный внутренний стержень при внешне чарующей артистической экзальтации оказался сильнее некоторые бетонные сваи. Она бесконечно ездит на какие-то фестивали. Непрерывно готовит какие-то выставки. Увлекается новыми пьесами и своими же романтическими образами в них. Роман Балаян говорит: «Я уже устал от Кадочниковой! От ее трудолюбия и бесконечной творческой активности!» Сказано в шутку, но есть люди, которые воспринимают ее такой, какой есть: самоценным произведением искусства — в том нашей среде, где многое уже обесценилось.

Она же, навеки выключив ТСН в телевизоре (чтобы не замечать оскалів настоящего), предпочитает жить — между временами…

Кажется, еще недавно в Центре.Козловского (на Крещатике) она представляла поклонникам свой потрясающий коллаж, названный мной «Коллаж судьбы». То были лица ее близких, родных, коллег, кумиров, осененные стрелами пшеницы, словно артериями жизни. И вот на днях — настоящий художественный шок. В сжатые сроки к полувековому юбилею «Теней» она своими царственими ручками (при содействии замечательного художника Игоря Горяного) сделала еще 13 новых коллажей. Некоторые — чистые шедевры. Все это под лозунгом — «Мой Сергей Параджанов». Потому что из его мира, из его великого фильма вырастают ее аллюзии и образы, склеенные на одном полотне ее любовью и памятью.

"Мій Параджанов": колаж, міраж

Василий Артюшенко, ZN.UA

Собираясь на выставку, грешным делом думал: ну вот, еще один хороший предметный повод вспомнить прекрасный фильм… Но нет! В музее, в маленькой зале, на этой выставке нет ни одного лобового прикладного формального звучания и наполнение — будто «к юбилею». Каждая работа — отдельный микромир, целостный и завершенный сюжет, ограненный и выпестованный мираж, составленный из объектов и субъектов прошлого времени, который для нее никуда не прошел.

Коллаж, посвященный Ивану Миколайчуку, — мистические пера подбитого белой птицы с черной отметиной. Будто падая с небес (привет от Ивана!), эти пера копьем застромились в старую ткань и проросли в ней белыми деревьями.

Коллаж, посвященный Сергею Параджанову: сумерки, его уставшее лицо, оконные рамы, похожие на тюремные решетки, свет в том же окне, которое светит, и не греет его уставшую одинокую душу… Еще Параджанов: сквозь взрыв пшеничных колосьев, сквозь хлебную бурю, что пронеслась жизнью этой ненасытной творческого человека…

"Мій Параджанов": колаж, міраж

Василий Артюшенко, ZN.UA

Проснувшись однажды утром в той же одинокой двухкомнатной, она сама себе сказала: «Никаких повторных вариаций выставок из старых собраний! Только премьеры…» Если в родном театре давно нет премьер, то они будут — на стене. Не в зрительном, а в выставочном зале.

И, собственно, каждый из тринадцати ее премьерных коллажей — в определенном смысле — театральная фантазия. Коллаж как технический принцип в изобразительном искусстве предполагает путь «приклеивания». На какую-то основу прикрепляют различные предметы и материалы, отличающиеся от самой основы фактурой и цветом. Ее театр коллажей — все эти тени и миражи на тему Параджанова — попытка склеить разорванные узы, наклеить свой романтизм на нынешний тотальный цинизм, объединить неиссякаемый восторг шестидесятничества с прокислою политико-попсовой равнодушием третьего тысячелетия.

"Мій Параджанов": колаж, міраж

Тяжкий и неблагодарный этот процесс, испытан великими художниками, в том числе и Параджановым, — склеить… разорвана связь времен. И поскольку со временем у этой актрисы свои отношения, она знает, что делать. Старое полотно. Параджановське ожерелье. Черно-белые лица Юры, Ивана, Сергея, Олега… Судьба. Эпоха. Коллаж. Мираж.

 

Источник.