Львовский график Олег Денисенко: «Искусство в Украине, как и войско, живет благодаря волонтерам»

Львівський графік Олег Денисенко:  "Мистецтво в Україні, як і військо, живе завдяки волонтерам"

Художник Олег Денисенко недавно получил престижный Гран-при на фестивале графики во Франции (конкурс проводил муниципалитет под эгидой Министерства культуры).

А всего на счету художника — более 30 престижных международных художественных наград. Пожалуй самая весомая — грант от художественного фонда имени Пола Джексона Поллока. Работы Денисенко оригинальные, иногда просто удивительные, похожие на средневековые графике, левкас и скульптуру, насыщенные различными символами. Они побуждают к расшифровке смысла жизни и бытия вообще. Учитывая, что эти работы только за рубежом экспонировались раз 300, желающих расшифровать творчество украинцев было немало.

— В вашем художественном альбоме-монографии «Antiqvitas Nova» можно увидеть не традиционное фото автора, а определенный образ. Вы изображены довольно символично: едете на коне, у которого вместо задних ног колеса, в руках держите чашу и щит, на голове — будто колпак. Что вкладываете в эти символы? Каждый, конечно, должен воспринять образ по-своему, но интересно, как видите себя вы?

— Эту художественную фотографию было сделано для каталога, потому что хотел что-то неординарное, немного ироничное. На щите изобразил солнце. Оно символизирует свет, надежду, но может и сжечь, ранить.

Я разделяю идею дуалистичности мира. Не может существовать белое без черного, потому что мы бы тогда не поняли разницы между добром и злом, любовью и ненавистью. Бокал, вино — это квинтэссенция того же солнца, а также крови, тайного знания. Конь на колесах — это моя любимая тема. Он представляет собой модель миропонимания викингов, шумеров, трипольцев. Колесо — это символ прогресса, движения вперед, а конь его ускоряет. Я часто изображаю в своих произведениях людей в вежоподібних головных уборах. Это определенный элемент общения с Всевышним, какими-то высшими силами.

Львівський графік Олег Денисенко:  "Мистецтво в Україні, як і військо, живе завдяки волонтерам"

— Вы долго искали себя, шли к «новой старины»?

— Корни творчества — в детстве. Я интересовался историей, особенно археологией. Больше всего любил посещать исторические музеи, галереи со многими старинными артефактами. Через любовь к старине заинтересовался искусством.

Особенно начинал графика. Поэтому поступил в Академию книгопечатания во Львове и начал серьезно заниматься естампом — произведениями печатной графики.

Позднее стало тесно, меня очень заинтересовал цвет. Однако классическая технология живописи не подходила, потому что хотел максимально сохранить графичность. Два или три года я искал, и нашел для себя левкас.

Этот грунт позволяет делать рельеф, гравировать. А потом и этого стало мало, поэтому начал создавать скульптуру. Кстати, в детстве пачка пластилина для меня была лучшим подарком. Я лепил целые армии гусар, рыцарей, ковбоев с мельчайшими деталями в доспехах.

Так что перерождения происходят около пять-семь лет. Слишком экспериментировать — это не мой стиль.

В художниках, как и в людях в целом, я прежде всего ценю цельность. Иногда приходишь на персональную выставку художника и чувствуешь себя некомфортно, потому что на стенах висят картины совершенно разного плана, выполненные за очень малый период. Я сторонник того, чтобы художник развивался постепенно.

— Результатом поиска выражения идей стала запатентованная техника по левкасу. В чем ее суть?

— Мы с моим товарищем Игорем Худяковым, который занимается экспериментальным печатью, попытались перенести изображение с офортной пластины на левкасную массу. Благодаря определенным химическим манипуляция это удалось. Отпечаток на левкасе с последующим «ілюмінуванням» совершенно по-другому выглядит, чем на бумаге.

— Вы не упомянули очень интересный творческий этап — изготовление авторских книг — искусство, которое, видимо, уже забытое в Украине. Почему выбрали для кропотливого труда именно «Корабль дураков» Себастьяна Брандта? Знаете в чьих руках сейчас находятся экземпляры?

— В Украине есть художники, которые создают авторские книги. Однако это искусство минимально пропагандируется, информации маловато. Я не слышу о выставки, биеннале. Художников, конечно, немного, потому что это трудоемкая и очень дорогая работа. Для украинских создателей это огромная роскошь.

Если бы я имел заводик по изготовлению конфет или заправку, то, пожалуй, только бы этим искусством и занимался. Меня интересует авторская книга, в конце концов, это моя вишивска специализация.

Не вспомнил так сразу о книге в разговоре, потому что работал над ней еще почти двадцать лет назад. В свое время держал в руках швейцарское издание «Корабля дураков» с потрясающими гравюрами Альбрехта Дюрера. Был удивлен и захотел сделать перепевы произведений немецкого графика.

К тому же, «Корабль дураков» — это светская библия XV века. В сатирической поэме осмеяно человеческие пороки, греховные вещи. На то время эта тематика мне идейно была очень интересной.

Над книгой работал почти два года. Получилось семь экземпляров, еще два экземпляра до сих пор незшиті.

В 2005 году я делал выставку в доме-музее Дюрера в Нюрнберге. На нее пришел мощный коллекционер, который собирал все, что касалось города. Он спросил меня о стоимость книги и, несмотря на ее, как на меня, большую цену, попросил взять двойную сумму. Такая ситуация один-единственный раз была в моей жизни. В целом все книги хранятся в частных коллекциях и библиотеках.

— Вы, кстати, довольно быстро начали выставляться за рубежом. Если не ошибаюсь, то первая персональная выставка состоялась еще в 1992 году в Швеции. Почти сразу после нее были Бельгия, Нидерланды, США, Франция… Как удалось выйти на Запад из страны с еще недавно закрытыми границами?

— В 1991 году во Львове проходила, пожалуй, первая в Украине международная выставка. Одним из ее идеологов был художник Игорь Подольчак. Я подал на нее свою работу, а организаторы выпустили каталог с контактами авторов. И начали массово поступать приглашения из-за границы.

Первая персональная выставка на Западе, действительно, состоялась в Швеции. Но перед этим я сам инициировал экспозицию своих работ в львовской галерее «Галарт», которой уже давно не существует. Я не хотел выставлять за рубежом произведения, которых еще не видели в Украине. То, что меня заметили, стали давать награды, очень стимулировало развиваться. Тогда мне было около тридцати — возможно, уже немолодой возраст, но время становления. Бывало, что принимал участие в семнадцати выставках за год.

Львівський графік Олег Денисенко:  "Мистецтво в Україні, як і військо, живе завдяки волонтерам"

— Вы почувствовали на себе парадоксальную черту ментальности украинцев: мы часто признаем наших художников только после их успеха за рубежом?

— Возможно, это связано и с ментальностью, но, кажется, у нас просто нет культуры коллекционирования графических работ. Теперь понемногу создаются небольшие коллекции, и вообще люди интересуются работами, взглянув на которые, сразу понимаешь эмоцию.

Монохромное искусство мало кто воспринимает. Графическую работу не достаточно посмотреть один раз. Она побуждает нас расшифровывать символы, поднять литературу, мотивирует к сотворчеству с художником, самообразования.

На Западе гораздо больший интерес к графике, да и развитие ее, конечно, выше. Просто за границей есть понимание, что культура — это фундамент. Строительство Украины часто начинается с пятого этажа.

Вот возьмем Львов. Буду говорить о своем… Город считается столицей графики со школой. Но это миф, созданный на основе работ отдельных художников-индивидуумов. Школа — это другое, это традиция, которая развивается веками, трансформируется с поколениями, это когда мастер воспитал плеяду, а его ученики еще одну.

Наконец, важным показателем является проведение международных выставок графических работ. Во Львове и в Украине в целом они практически не происходят. Были какие-то потуги еще в
90-е годы.

— Недавно было анонсировано, что вероятнее всего осенью во Львове состоится международное биеннале графики. Если не ошибаюсь, то вы отвечаете за организационные моменты…

— Меня попросили быть председателем оргкомитета. Но была договоренность, что если до определенного числа мы не найдем финансирования, а соответственно — не сможем провести мероприятие на уровне, который я себе поставил, то без конфликтов просто отхожу в сторону. Я отошел. На мой взгляд, все должно делаться совсем по-другому. Для меня космосом есть эта бюрократия. Ставим три точки в этой теме…

Галереїсти, меценаты, с которыми разговариваю, не хотят никакой государственной помощи, лишь просят не препятствовать проверками, чрезмерным налогообложением.

Искусство в Украине, как и войско, живет благодаря волонтерам. Однако часто создаются деморалізаторські моменты: рота солдат культуры идет в атаку, уже почти берет позиции, а ей клич сверху отступать.

— Если уж вы заговорили военными терминами, то спрошу: события нынешнего жестокого времени и Революция Достоинства позволяют вам максимально отдаться искусству?

— Не два года у меня не было никаких выставок. Я почти не творил. Правда, есть несколько работ, в которых зашифрованы мысли, связанные с трансформацией нашей страны, людей. А сейчас имеем абсурд, корабль шутов — дискотеки и люди гибнут.

Нам надо начинать с себя. Убрав мусор в голове. Тогда рассветает в глазах, открывается другой мир, человек начинает продвигаться вперед со светлыми идеями и, обернувшись, видит, что за ней уже идут сотни.

Чудо надо организовать.

Источник

Добавить комментарий