Куда уедет цирк?

Куди поїде цирк?

В нынешнем году исполняется 60 лет первому Украинскому цирковому коллективу (его художественным руководителем был Петр Маяцкий). Не привязываясь к определенной дате, все же решили поговорить про цирк: куда он «поедет» в нынешних сложных экономических ситуациях, в условиях информационной изоляции, других проблем? Об этом и не только — разговор с Людмилой ШЕВЧЕНКО, легендарной украинской дрессировщицей, воздушной гимнасткой и акробаткой, художественным руководителем и генеральным директором Национального цирка.

В свое время совместно с мужем Владимиром Шевченко они создали знаменитый аттракцион «Среди хищников». А в 1973-м, переехав в Киев, посвятили свою жизнь цирковому искусству Украины.

Когда в 2012-м Владимира Дмитриевича не стало, Людмила Шевченко буквально подставила руки под Национальный цирк. Сохраняя его традиции и художественный уровень. Постоянно напоминая, что Национальный цирк — это генетический код циркового искусства Украины.

Куди поїде цирк?

Василий Артюшенко, ZN.UA

— Людмила Алексеевна, в первом вопросе отвлечемся от текущих проблем. Хочется спросить вас как знаменитую дрессировщицу тигров о резонансном дружбу тигра Амура и козла Тимура, которую сегодня наблюдают и обсуждают в разных уголках мира. Чего больше в этой истории из Приморского сафари-парка — пиара, постановки, или действительно возможна такая большая дружба между разными животными?

— Я не вижу в этой истории надунікальності. В природе всякое случается. Например, мы ставили аттракционы — зубры, тигры, болонки. И болонка в той компании, представьте, была самая главная! Она лаяла на тигра, хватала его за лапы, если тот слезал с тумбы. Такая маленькая «шавочка», а задавала весь тон номера. Исполинский зверь, будто повинуясь, сразу же садился на тумбу.

Или, скажем, были известны аттракционы в Германии: бараны, овцы, тигры, львы, леопарды, ягуары — все в одной клетке!

Насчет тигров — они вообще довольно трусливые и коварные. А еще одиночки — это в их природе. Действуют обычно исподтишка, в отличие от благородных львов. Правда, львы реже даются приручить.

Могу рассказать еще одну историю. Как-то под Киевом (в районе Святошино) снимали научно-популярный фильм про тайгу, загримувавши часть леса под эту же «тайгу». Стояла задача, чтобы в кадре тигр съел косулю. Мы выпустили на съемку нашу ручную лапочку тигрицу Алісочку и маленькую косулю. Алиса бросилась на нее, схватила за горло, но есть не стала. А ночью косуля умерла от разрыва сердца… Тигрица же «сошла с ума», у нее после этих съемок начались какие-то приступы.

Поэтому разных историй на тему «дружбы зверей» много. И они часто грустные.

Был у нас лев Юлик. Отработал 23 года. Это же счастье для дрессировщика — мать зверя, с которым складываются особые отношения: душа в душу. Но звери стареют, как и люди: у них возникают артриты, артрозы, отложения солей, подагра.

Поэтому мы впоследствии решили этого льва не возить на гастроли, а отдать в зоопарк, чтобы он там на солнышке грелся. Володя привез его в зоопарк. Зверь зашел в тоннель, что ведет в вольер. На следующий день нам звонят и говорят, что Юлик вообще не выходил из тоннеля, в котором его оставили. Там и лежит.

Володя приехал, вытащил льва на поляну. Зверь положил ему голову на колени, помуркотів, немного поел. А следующей ночью умер… Видимо, от тоски. Решил, что его покинули. У зверей особенно обострено это чувство. К сожалению, многим этого не понять. Как говорят «зеленые», мол, лучше усыпить, убить, только бы не мучился. Так в Европе и не стало 50% цирковых животных.

— Почти полвека вы с мужем Владимиром Шевченко укрощали зверей и радовали зрителей. Какие черты Владимира, на ваш взгляд, помогли ему стать лидером в своем деле, в искусстве цирка?

— Он был очень харизматичным человеком. Его главный принцип — цирк, цирк и еще раз цирк. Когда мы познакомились, ему было 17 лет. А его уже называли «шефом». У него с детства задатки руководителя. Он с 14 лет (вместо отца) работал в клетке. Сам грузился, сам разгружался, сам ставил клетку.

Куди поїде цирк?

Жизнь мы прожили сложный: прошли вместе почти полвека. Я была для него опорой, генератором идей. Разделить нас трудно. Мы просто сжились вместе. Другие пары хотя бы на разные работы ходят, а мы если и расставались, то не больше чем на три дня. Отпуск — вместе, работа — вместе. Говорили одни и те же слова. В общем, понимали друг друга с полуслова.

— А как удается вам, когда его не стало, удерживать этот баланс руководства цирковыми работниками и братьями нашими меньшими?

— Когда Володи не стало, мне пришлось измениться внутренне. Он сам бывал иногда категоричным. И много кто знал, что на него надо влиять через меня. Тогда он мог изменить решение. Но если категорически сказал: «Нет», то это все. Поэтому в глазах окружающих я чаще была «хорошей», а он — «нет». Я не умела отказывать…

А теперь приходится отказывать людям, пришлось научиться говорить «нет». Ведь животные — существа невинные, а люди — часто агрессивные.

Особенно трудно с артистами. Их души — оголенный нерв, они очень зависимы. У многих к тому же завышенная самооценка. Вообще, артист цирка — это специфическая профессия. И «срок годности» здесь короткий. В основном они, кроме циркового искусства, ничего не умеют делать. Я им время от времени напоминаю, что, мол, на пенсию пойдете в 35 лет, и что к своим сорока должны иметь профессию. Правда, в молодости (когда успех) об этом редко думают.

— Но, очевидно, об этом чаще думают в других цирках — восточных, азиатских, западных?

— Сейчас чрезвычайно продвинулись в цирковом деле монголы. Эти артисты практические: днем работают грузчиками, продавцами, мясниками, а вечером выступают на арене цирка. Пожалуй, Монголия в цирковом искусстве сегодня впереди планеты всей. Даже Китай переплюнули.

Куди поїде цирк?

Василий Артюшенко, ZN.UA

— Тем временем современный цирк заметно «европеизируется». Согласны с этим?

— Да. Например, звучат призывы отходить от привычного показа братьев наших меньших. В той же Европе цирковое искусство разделилось: одни защищают животных и выступают против аттракционов на арене. Другие говорят, что без зверей цирк проигрывает.

Какие-то «общие» законы приняло Общество зеленых. Будто в цирке издеваются над животными, поэтому следует запретить их демонстрацию. Я считаю, что это безграмотность. Мы берем животных, рожденных в неволе в третьем или четвертом поколении. И не имеем права брать животных в цирк с воли.

Это же абсурд — выпустить на волю животное, выросшее в зоопарке в четвертом поколении. Такой зверь не в состоянии самостоятельно добывать себе пищу.

Я была в Будапеште. Разговаривала с представителями ЮНЕСКО. Там сказали, что через два года в цирке вообще животных не останется. Хотя есть и другие истории. Например, принцесса Стефания из Монако недавно спасла слонов, которых в Марселе «приговорили» к смертной казни. Она привезла их в свою резиденцию, сделала вольер за городом. И теперь слоны живут там, как домашние собачки.

— Кратко — о нынешнюю структуру Национального цирка. Сколько всего людей задействовано в этой системе, и каков баланс между бюджетными поступлениями и заработками самого цирка?

— Всего в нашем цирке трудится 305 человек. Из них 80 — творческий состав: два коллектива цирковых артистов, оркестр, балет. Цирк принадлежит к Госкомимущества и Министерства культуры. Были попытки передать цирк в собственность.

— На эту тему недавно ходило много дискуссий. Где было бы комфортнее цирка — под крылом Минкульта или городской власти?

— Представьте, мы платим около 10 млн грн налогов ежегодно. Конечно, для любого города это огромные вливания. Считаю, что цирк — та курица, которая несет золотые яйца. И его должны поддерживать как на уровне страны, так и на уровне отдельных городов.

— Ваш цирк эту поддержку чувствует?

— Государственная система такова, что как только превышаем доходы, нас сразу лишают полноценного бюджетного финансирования.

Мне же казалось — наоборот: за каждый проданный билет нам должны давать надбавки. И тогда мы будем развиваться. В прошлом году, например, перевыполнили план на 12 млн грн. То есть в плане было 28 млн, а сделали 40.

Но получается, что 10 млн налогов плюс заработанные 12 млн честным путем — это превышение дохода. И мне говорят: так, значит, вы отказываетесь от бюджета на следующий год?

Что же получается? Не надо стараться зарабатывать, а просто планировать расходы по нулям, и тогда все будет в порядке?

Еще из сложностей этой финансовой машины. Не можем держать деньги на счету более месяца, не имеем права сделать финансовый резерв. А финансирование меньше и меньше. На 2016-й с 70% нам дали только 44,8%, бюджетных средств. Мол, больше зарабатываем, поэтому должны сами компенсировать зарплату, доплачивать артистам. Вот и получается, что деньги, которые зарабатываем, тратим на зарплату. А на постановочные номера средств давно не выделяют.

— В народе говорят, что встречают по одежке. И здание нашего цирка, а это мнение и родителей, и детей, уже давно нуждается в новой «одежде», то есть полноценного ремонта.

— Это дом 1962 г. Мы сами еще как-то выживем, заработаем. А вот на его содержание, действительно, необходима большая помощь от государства. Нельзя делать никаких капитальных ремонтов без тендера. А серьезного ремонта здесь требуют очень много помещений. Зрители возмущаются изношенностью коммуникаций — причем справедливо. Только один раз выделили средства на ремонт, когда приезжал Туркменбаши, тогда и сделали правительственную ложу.

Вот сейчас составляем акт, что канализация в аварийном состоянии. Те же батареи 1962-го: боимся продуть, потому что их эффективность на сегодня — 40%.

Говорят, привлекайте инвесторов. Но какой здесь интерес у инвесторов? Не знаю. При этом не имеем права принять в подарок от мецената более 10 тыс. грн.

Одно слово, много противоречивого в этих вопросах. Получается, что с нынешней системой доходов и расходов просто невыгодно работать хорошо. Все государственные средства идут на зарплаты, остальное должны заработать сами.

— Сегодня после оттока российских артистов — видимому, приходится обращаться к профессионалам из других стран, чтобы удерживать высокий уровень программ?

— Начинаем приглашать артистов из Франции, из других стран. Но всем им надо очень хорошо платить, а это не «наши» гонорары.

Вот что произошло с французскими мотоциклистами с прошлой программы? Они требуют отчислений в долларах. А уже месяц как закончились их гастроли. И я задолжала им по пять спектаклей в валюте. Для этого надо отдать контракт на экспертизу и заплатить за нее. Только потом позволят обратиться в банк по данному контракту и купить валюту. Снова комиссия, время, огромные ограничения.

В мае делаем экспериментальную клоунскую программу — «Клоуны Forever». Пригласили европейских артистов. Программа — 50 тыс. грн. Но налоги, социалка, пенсионный фонд… Получается — под 90 тыс.

Куди поїде цирк?

Василий Артюшенко, ZN.UA

— С вами сосуществует организация «Укргосцирка». Вы сотрудничаете с ней? Ведь в ее штате числится много артистов?

— Эта организация арендует у нас помещение. Считаю, что «Укргосцирка» — наследие советских времен. Там объединяют артистов из разных цирков страны. Но в основном эти артисты неконкурентоспособны. Тем временем многие конкурентоспособных артистов уже давно ангажированы европейскими продюсерами. Я часто бываю на мировых фестивалях, и обязательно на каждом — 5-6 номеров из Украины.

— В театральных кругах еще недавно бурно обсуждали идею Вячеслава Кириленко — о переходе на контракты. Или дебатируется эта тема среди деятелей цирка?

— Здесь я абсолютно поддерживаю позицию Министерства культуры. Переход на контрактную систему необходим. Что такое «штатники» в цирке? У нас артист может показать свой номер и через два года показать этот самый номер еще раз на этой арене. Получается, артисты годами сидят, и им выгодно не работать, получая 75% своего оклада за простой. Тем временем они могут гастролировать. Но им даже выгоднее сидеть дома. На данный момент я всех наших артистов устроила, и по сентябрь нынешнего года они будут работать в разных цирках.

Еще один аргумент, почему необходим контракт. На сегодня оклад актера предусматривает 25 выступлений. А если артист отработал только 8 спектаклей, то как я должен довести его до нормы и заплатить за 25? Говорю: ребята, платим по факту за 8 или за 12 спектаклей, а за остальное получите по 75% как за репетиционный период. А они мне: «Заплатите нам норму, мы же не по своей вине не работаем!»

Однако стараемся регулярно менять программы. Наши цирковые артисты за год должны проехать кольцо по городам Украины. А потом на год нужно все изменить, потому что если показывать «то же самое», зрителю будет неинтересно.

При этом у нас нет достойного творческого резерва, номера видоизменяются реже, чем хотелось бы. К сожалению, часто и некоторым нашим артистам не очень хочется работать и расти творчески: им выгоднее получать вот эти 75% зарплаты.

Хорошо то, что мы тесно начали сотрудничать с нашей Академией циркового искусства. Подписываем договоры, молодежь поступает туда на учебу, а мы делаем реквизит, костюмы. И через три года у нас уже готовы современные номера. Ведь студенты в цирковое училище поступают, руководствуясь своей жанровой принадлежностью. Кстати, это опыт Будапешта: там тоже цирк объединен с училищем.

Куди поїде цирк?

Василий Артюшенко, ZN.UA

— Вы говорите о гастролях, о необходимости поездок и обновление репертуара. Банальный вопрос: как дела с транспортом в Национальном цирке Украины?

— Это вопрос не банальный, это целая проблема! Цирка запрещено покупать собственный транспорт. А каждая арендованная машина для перевозки животных — минимум, 20 тыс. грн. Сейчас рассматриваем вопрос о гастролях в Казахстане. Для этого надо арендовать машину, которая проедет 4 тыс. км. И во сколько это нам выльется?

В общем, проблемы вяжутся, не исчезают. Поэтому обязательно необходим свой транспорт, хотя бы для перевозки животных. Могли бы купить две подержанные машины по 20 тыс. долл. и переделать их для перевозки животных, а в дальнейшем можно было бы сдавать этот транспорт в аренду.

Знаете, я занимаю должность директора Национального цирка более трех лет. Но директор цирка — это даже не должность, а профессия. Здесь надо не только знать, уметь, но и чувствовать. Исключительно творчески подходить к своему делу. Только за полгода у нас побывало 300 тыс. зрителей! Этот показатель говорит сам за себя: движемся в правильном направлении.

— А как оцениваете деятельность передвижных цирков в Украине, считаете их серьезными конкурентами?

— Я не считаю это серьезной конкуренцией. Хорошая структура передвижных цирков, на мой взгляд, должно быть. Но Национальный цирк и передвижной цирк — две разные ниши. И это не нужно смешивать.

— Вы не только директор, но и художественный руководитель. В СМИ часто возникают вопросы — стоит ли совмещать эти должности, или их лучше разделить?

— Считаю, у цирка две должности должны быть совмещены — директор и художественный руководитель. Я, например, постоянно что-то придумываю для творческого развития цирка. А другой человек, далекий от этого искусства, скажет, что никаких дорогостоящих постановок нам не надо, а прежде всего — только средства на ремонт. Поэтому следует тактично учитывать и экономическую, и художественную составляющие в таком сложном искусстве современного цирка.

Конечно, у директора должна быть сильная надежная команда, которая разбирается в технических и экономических вопросах. При этом необходимо обеспечивать достойную программу и хорошие сборы.

Сейчас у нас в штате потрясающий режиссер Мария Ремнева, молодая креативная девушка. Поэтому не представляю, как здесь может быть отдельно директор здания и отдельно творческий руководитель. Цирк — это семья, это братство артистов, это единственная арена.

Источник.

Добавить комментарий