Кино и немцы: как Украина пренебрегает кіноспадщиною

В феврале этого года во время Берлинале в немецком Бундесархіві российский кінодослідник Петр Баґров нашел цензурований и в СССР уничтожен сатирический фильм ученика Леся Курбаса Ханана Шмаїна «Свиньи всегда свиньи» (1930). Эта замечательная новость подтвердила догадку, что благодаря широкому экспорта украинского кино в Европу в 1920-х годах, в немецких киноархивах могут храниться фильмы, которые у нас считаются утраченными. Самым удивительным во всей этой історіє является то, что лента была найдена в Германии, наголо розбомбленій и разворованной после Второй мировой войны.

«…Придет время, когда будет писаться история украинского кино. У нас нет кино-архивов, научно-исследовательских учреждений, где занотовувався бы каждый шаг в развитии кино. Есть угроза, что при таком положении вещей многие факты из жизни украинского кина забудутся, выпадут из поля зрения будущих историков. Или, в лучшем случае, реставрации этих фактов будет очень трудным делом».

Кіно і німці: як Україна нехтує кіноспадщиною
Фото: reporter.vesti-ukr.com
Реставрация кинопленок в Центре Довженко

Эти слова, напечатанные в №13 редактируемого Николаем Бажаном журнала «Кино» за 1929 год, принадлежащие ныне забытом киноведу Шамилю Ахушкову, не первому исследователю творчества Сергея Эйзенштейна. В конце 1920-х, будучи уже известным інгуським писателем, Ахушков становится активным корреспондентом украинской периодики. Из-под его пера выходят написаны на украинском(!) рассказ «Женщина», «Цветет алыча», «Медвежья долина», ныне, к сожалению, также никому неизвестны. Симптоматично, что судьбой украинского кинонаследия на самом рассвете кино больше всего заботился ингуш. В своей статье «Где история украинского кино?» он до сих пор поднимает актуальные вопросы сохранения национального кинонаследия, создание Музея кино (первая концепция которого была разработана еще в 1928 году!) др. Ахушков наугад прокреслював траекторию наступающей национальной амнезии, предлагая заложить основу политики национальной памяти, до сих пор в Украине не разработанной.

Он был прав: большинство украинских фильмов довоенного периода утеряны (из дореволюционных сохранены единицы), ленты 1940-1960-х представлены в Украине отрывисто, большинство из них в наших архивах отсутствуют, о формировании более-менее репрезентативной коллекции украинского кино можно говорить только в отношении фильмов, созданных после 1967 года.

Следует отметить, что ни в 1920-х, ни в 1930-х кино в СССР не рассматривалось как такое, что имеет другую ценность, кроме пропагандистской. В Украине киноиндустрия тогда развивалась бешенными темпами и болезнь роста проявлялась в том числе и в пренебрежении потребности хранения фильмов. Одну из первых попыток институциализации кинофондов совершил 1926-го года на Одесской кинофабрике Александр Довженко. Будучи мыслителем широкого исторического горизонта, он приобщился к формированию кіностудійного фильмофонда, который состоял из 463 полнометражных картин в 1328 копиях, среди них по крайней мере 150 были временно разрешенными к проката фильмами дореволюционного производства. Эти 150 в свою очередь были едва четвертью с тех дореволюционных фильмов, сохранившихся на киностудии, остальное было под разными цензурными предлогами уничтожены ранее.

В дальнейшем сознательное уничтожение украинского фильмофонда, похоже, стало единственным осмысленным элементом национальной концепции памяти вплоть до 1960-х годов. 1938 года с образованием централизованного Всесоюзного фільмосховища в подмосковных Белых Столбах (теперь – Госфільмофонд РФ), студийные фильмофонды должны быть переданы в Москву, что и произошло в течение двух лет с фондами украинских студий (порой с привлечением подразделений НКВД: работники студий сопротивлялись передачи). Опустевшие фільмосховища донищили в первые годы войны: отступление советской власти в Киеве начался с сожжения архивов. Так на Украинской студии кинохроники в июле 1941 года уничтожили весь негативный фонд. Под конец войны педантичные немцы вывезли остатки украинских фільмофондів в Германию, откуда они по реституции частично вернулись в Москву, а еще через много лет и уже вновь частично – до Украины.

Кіно і німці: як Україна нехтує кіноспадщиною
Фото: www.filmpro.ru

В 1950-х годах начался новый этап уничтожения украинских фильмов: с изобретением триацетатної пленки, все копии фильмов на легковоспламеняющейся нитратной основе, используемой до середины 1950-х годов, были уничтожены. Их буквально жгли под открытым небом в бочках, получая кустарный способ слитки серебра из пленки. С 1960-х годов было уничтожено много подцензурных фильмов; некоторые из них (как вот «Совесть» Владимира Денисенко, «Кто умрет сегодня?» Виктора Греся) лишь чудом уцелели по домам кинематографистов, которые рискнули похитить их из студийных фільмосховищ.

Вся эта досадная предыстория должна бы научить нас, что вопрос сохранения кинонаследия – одно из важнейших в спектре вопросов национальной памяти. С образованием 1994-го года Национального центра Александра Довженко, государственного киноархива (фильмофонда), украинские ленты хранятся в Украине. Это более 2000 названий, что составляет едва 70% всех сохранившихся в мире украинских фильмов.

До сих пор Госфільмофонд РФ является крупнейшим кіноархівом украинского кино: в нем хранится более 800 украинских фильмов, отсутствующих в Украине.

За все годы независимости ни одно правительство не поставил вопрос о возвращении, ни о комплексный выкуп (в копиях) украинского фильмофонда из России (за весь период независимости Центром Довженко было выкуплено не более 50 лент). Чему удивляться: украинский государственный фильмофонд «Центр Довженко» финансируется из государственного бюджета (в форме государственной поддержки) только с 2011 года! Это лишний раз подчеркивает постколониальном положение Украины на протяжении последней четверти века.

Кіно і німці: як Україна нехтує кіноспадщиною
Фото: www.facebook.com/dovzhenko.centre
Фильмофонд Национального центра Александра Довженко

Такое положение, однако, создано не нашими «врагами», как мы привыкли считать, а нами самими. Несмотря на то, что в Законе Украины о кинематографии среди основных принципов кинематографии указано также и «сохранение национального и мирового кинематографического наследия», этому вопросу в самом законе посвящено аж три абзаца, в которых не прописаны ни механизмы, ни источники финансирования хранения фильмов (статья 17. Хранение исходных материалов фильма и фильмокопий). Существовала призрачная надежда, что концепция сохранения кинонаследия будет хотя бы в общих чертах прописана в проекте Закона о государственной поддержке кинематографии в Украине (№3081-1), который вскоре будет рассмотрен в Верховной Раде. Однако, и эта не исполнилась.

25 ноября Комитет по культуре и духовности Верховной Рады рассмотрел законопроект №3081-1, который является результатом объединения двух законопроектов о государственной поддержке кино, разработанных председателем комитета Николаем Княжицким и инициативной группой #Кінокраїна (при участии Госкино) соответственно. В нем так же как и в Законе о кинематографии вопрос сохранения кинонаследия освещены лишь декларативно. Хуже всего, что в тексте закона относительно сохранения кино используется старая терминологическая база, через которую пожизненное сохранение фильмов теперь становится почти невозможным.

1998-го года, когда писался Закон о кинематографе, никто еще и не помышлял о технологическую революцию в кино начала 2000-х, связанную с революционным развитием цифровых технологий. Поэтому в тексте закона понятие «исходные материалы фильма» используется только в отношении пленочных носителей. Сегодняшнее кино почти сплошь цифровое, и тот же термин теперь применяют и для цифровых носителей. Однако, даже крупнейшие мировые киноархивы не изобрели еще способа гарантированного длительного хранения цифровых копий фильмов. Во всем мире и далее используется технология хранения, которая предусматривает пожизненное хранение фильмов на пленке (компания Кодак даже разработала специальную пленку для такого длительного архивного хранения, сохранность которой гарантируется на протяжении 400 лет). Для хранения цифровых копий фильмов должно быть создано специальное цифровое хранилище с возможностью резервного копирования. Пока государство создание такого сверхдорогого хранилища не профинансировала, хранения фильмов кустарным способом (на жестких дисках), как это делается сейчас, представляет новую угрозу для кинонаследия. В законе должны быть четко разведены понятия архивных исходных материалов, которые и дальше должны консервуватись на пленке и цифровых, которые станут основой для тиражирования и дистрибуции фильмов (так называемая «гибридная» система).

Кіно і німці: як Україна нехтує кіноспадщиною
Фото: БЦТВ
Афиша фильма проекта Вавилон`13

Ни старым законом, ни новым законопроектом не предусмотрено сохранение в фильмофонде украинских фильмов, созданных негосударственным счет. Тенденция развития кинорынка и кинотехнологий такова, что в ближайшие годы доля независимых фильмов будет составлять от 30 до 50% всего украинского кинопродукта. Уже сегодня через несовершенную норму об обязательном сохранении в фильмофонде только «государственных» фильмов, в него не попали такие выдающиеся «частные» ленты как «Кросс» Марины Вроды (Золотая пальмовая ветвь Каннского кинофестиваля), «Майдан» Сергея Лозницы (программа 67-го Каннского кинофестиваля), «Русский дятел» Чада Ґрасії (лучший документальный фильм МКФ в Санденсе), «Зима в огне: Борьба Украины за свободу» Євґенія Афінєєвского (шорт-лист премии «Оскар» в номинации «Лучший документальный фильм»), фильмы проекта «Вавилон 13», которые стали настоящей хроникой современной Украины, в отличие от той фейковой, что еще до недавнего времени финансировалась из госбюджета, и тому подобное. Именно эти фильмы последние годы формируют реалистичный и критический образ Украины за рубежом, в основном альтернативный том рафинированном, что создается на государственные средства. Украинское государство должно быть заинтересовано в сохранении этих фильмов, ибо их вечное хранение непосильная для частных продюсеров. В «нормальных» странах государство такие фильмы выкупает, будучи заинтересована в комплектности собственного фильмофонда, а значит – целостности национальной памяти.

Так же законопроект не предполагает ни сохранения, ни выкупа фильмов украинской диаспоры и второй волны эмиграции, в том числе и те, что вошли в классический мировой кіноканон: режиссеров Владимира Туржанського, Александра Буховецького, Юрия Тамарського, фильмов с участием украинских актеров-эмигрантов, документальных и хроникальных фильмов, посвященных Украины, то есть огромного корпуса зарубежной украиники.

При отсутствии такого пункта в законе, мы в фильмофонде фактически консервуватимемо только советский корпус украинской киноклассики и, соответственно, советскую цензуровану и искаженную картину мира, отраженную в кинокартинах.

Вопрос расширения базы формирования украинского фильмофонда – концептуальное, в широком смысле стратегическое, оно фатально отрицает хуторянскую этноцентричность украинской культурной политики периода независимости. Если не предусмотреть законом сохранения в украинском фильмофонде «независимых» и «эмигрантских» фильмов, не доукомплектовать его недостающими фильмами советского периода, мы осуществим очередную политическую инвазию в поле культурной памяти, фактически, акт (экономической) цензуры. Так через нормы ЗУ » о кинематографии, предусматривающие сохранение только фильмов, созданных за государственный счет, мы потеряли львиную долю фильмов 1990-х годов, большинство из которых производилась за счет частных инвесторов.

Свои предложения и дополнения к законопроекту №3081-1 я передаю в комитет ВРУ по культуре и духовности и в Госкино. В течение следующих 15 лет (до возможного внесения очередных изменений в законодательство) без этих поправок украинский фильмофонд может потерять теперь уже фильмы 2010-х гг. Так история украинского кино превратится в историю его уничтожения, а не созидания: 1938 – 1941 – 1955 – 1960і – 1990-е — ????

Тем временем в Германии, во время следующего Берлинале 2016 покажут специальную программу запрещенного ГДР-овского кино «Германия 1966 год: переосмысление кино». Хорошо, когда в мире есть такая Германия, которая пристально сохраняет не только свое, но и наше кино, которое мы сами не способны сохранить.

Источник.