Dakh Daughters: «Мы — мифотворцы»

0
63

Dakh Daughters: "Ми — міфотворці"

Умные имеют
держаться вместе!

ZN.UA

Dakh Daughters: "Ми — міфотворці"

@zn_ua

Читайте @zn_ua

Я уже с ZN.ua

На днях в Ивано-Франковске проходит фестиваль Porto Franko GogolFest. Мощная коллаборация двух брендовых фестивалей, что их создали Роман Григорьев (композитор и соавтор оперы IYOV) и отец Гогольfest-Влад Троицкий, собрала мощную команду художников из Украины и из десяти других стран. Один из самых интересных в этой команде — музыкально-театральный» группа Dakh Daughters. В первый фестивальный день девушки дали концерт на Вечевом майдане в центре города. Уже на следующий день утром мы пьем кофе со штруделем недалеко от драмтеатра, потому что через полчаса у девушек — репетиция. Яруся из Кривого Рога, Наталья (Галаневич) из села Воскресенка Запорожской области, Zo (Наталья Зозуль) из Киева, Татьяна (Гаврилюк) львівянка, Аня (Никитина) из Прилук. Все энергичные, сексапильные, стильные и очень светлые в своей правдивой безудержной радости. Саломея (Мельник) — киевлянка, она задерживается, но девушки в разговоре все время о ней вспоминают, и в конце концов она к нам присоединяется.

Девушки, расскажите, чья это идея, чтобы дети «Крыши» стали самостоятельной творческой единицей? Правда ли, что вас мотивировал отделиться и назваться «дочками Крыши» шанс выступить в подлинно французском кабаре?

Аня (Никитина): на самом Деле эта идея возникла во время спектакля на Гогольfest-и, что проходил на Выдубичах. В одной из сцен принимали участие 10 девушек, и все они играли блюз. Таня пела этот блюз на стихи Буковски, — это было невероятно прекрасно. Мне показалось, что эти люди готовы стать не только театральным, но и музыкальным коллективом. Я тогда поняла: это будет очень красиво. Так совпало, что за несколько месяцев мы должны были ехать с гастролями в Париж, и я просто озвучила свои мысли, нашу мечту — выступить в кабаре. Ну, выступили мы не в кабаре, но это было почти как в кабаре. Концерт состоялся в холле театра. Пришла замечательная публика. Конечно, название нам придумал наш режиссер — Владислав Троицкий. И костюмы, и грим. Он увидел, что мы делаем, — мы, конечно, ему показали, и он все придумал. Думаю, он не озвучивает, что мы «дочери», но это и так ясно.

Не случается ли так, что за границей вашему названии дают какие-то другие коннотации — когда воспринимают название на слух? Не «дочки», а, скажем, «темные»…

 

Таня Гаврилюк: — Бывает по-разному. Мы слышали очень много разных вариантов — и «дарк дотерс», и «крыша дрочер», и «гак дотерс» — как утки. А еще «дак дорс» — невероятно фантастическое. Возникают порой аллюзии, даже люди, которые нас хорошо знают, иногда немножечко искажают это название, а за границей, где не понимают украинский, мы рассказываем этимологию: что у нас есть наша альма-матер, театр «ДАХ», и мы его дочери. Но смешных историй с нашим названием было много, и, думаю, они будут продолжаться.

В вашей группе — семь личностей, семь творческих единиц разных специальностей, характеров и темпераментов. Как вы работаете? И кто ставит точку?

Руся: — Нас семеро, и восьмая — самая главная деталь, которая собрала нас всех вместе очень давно, — это Влад Троицкий. И, собственно, такая сверхидея у Влада была как элемент воспитания: чтобы ты стал личностью, чтобы тебе было что сказать, и чтобы ты, находясь в коллективе, уважал, любил, в первую очередь — себя любил и ценил, и ко всем окружающим относился как к родным. Он прививал нам эту любовь, уважение родственную невероятные вещи. Это как чудо — знаете. И каждый раз, когда мы собираемся вместе, чтобы работать, то самое главное — сохранить это мгновение чуда, ибо нас много что разносит в жизни, разбрасывает и разлучает, и моя любимая фраза Власть — «Сегодня мы строим наше завтра». Как мы сегодня относимся к себе и к ближнему — так завтра нам все это и вернется. Конечно, это работа. Здесь и сейчас, каждую секунду. Творчество происходит с нами постоянно, даже когда мы с детьми, с родными. Мы постоянно творим и учимся. Такие бесконечные семейные круга, которые пересекаются.

Zo: — А точку всегда ставит Влад. Потому часто мы можем договориться, но иногда этот процесс может длиться бесконечно, ибо каждый имеет свой вкус. А Влад у нас — это такой универсальный надсмак, который может сказать: нет, так будет лучше. А еще — в технических моментах он авторитет.

Dakh Daughters: "Ми — міфотворці"

Наталка Галаневич: — Наш творческий процесс прекрасен ( Наталья берет микрофон и начинает импровизировать номер. — Авт.). По-разному творится наше творчество. Разные идеи бродят: кто-то говорит, что сейчас эта идея не идет. Бывает, кто-то сыграл или просто бринькнув… Как «Дружба» сложилась — кто-то просто написал текст. Бывает, идея приходит извне: приезжает на Майдан французский режиссер Люси Берилович и говорит нам — мол, понимает, что хочет с нами делать «Антигону». «Мне надо, чтобы вы были хором». Мы все вместе актуалізуємося и создаем музыку. Бывает идея совсем другая: Таня понимает, что она не может жить без стиха Буковски «Freedom». Она берет поэзию, и мы все вместе делаем уже музыкальная аранжировка. Идея Ани — «хочу эту Вегу», и мы делаем кавер на песню Марии Веги, так родилась «Институтка». Мне же очень нравится поэзия Семенко, и я говорю: сделаем это. Нина пришла, начала играть на контрабасе, и я поняла — поэзия сюда ложится. Есть идеи приходят с разных уголков, и все мы сначала обсуждаем, а Влад как великий режиссер и композитор складывает это все в драматическую канву, и, несмотря на то, что все наши идеи чрезвычайно разные, мы примудряємося сделать из них одно представление. И это большой путь. И еще — мы не останавливаемся с теми штуками, что уже есть, мы их меняем.

Понятно, что в ваших выступлениях каждый понимает и видит то, до чего сам дорос. А каков ваш идеальный реципиент?

Zо: — самое Главное — это отдавать. Мы отдаем все. Вчера в Ивано-Франковске был идеальный зритель, потому что наш концерт — это была совместная работа.

Руся: — И еще — очень интересно с гантелями играть, то есть довести зрителя до такого состояния — общности. Тогда ты понимаешь, что мы уже умеем. Лучшими, как на меня, зрители становятся под конец концерта. Все становятся твоими друзьями, поют «Море», словно знают все слова.

Девушки, какая страна подарила вам самые яркие впечатления?

Таня Гарилюк: -Смотрите, демонстрирую вам фотографии с последней перед Франковском поездки — в Норвегии. Перед Норвегией была Бразилия, например. Здесь также есть фотоподтверждение. Поскольку география наших гастролей такая фантастическая, потому что нам так повезло, — трудно отыскать что-то такое аж! Мы очень много путешествуем по разным уголкам мира, бывает масса впечатлений и красивых мест. Еще перед тем мы летали в Камбоджу. Но, наверное, все-таки запала в душу мне наше путешествие на остров Таити. Мы выступали на фестивале, имели четыре больших концерта и договорились с организаторами, что две недели будем жить на острове, — и это было фантастически, ни с чем несравнимый опыт, совершенно райский опыт. Мы теперь точно знаем, что райские уголки на земле таки есть. Но после всех этих путешествий очень радостно возвращаться в Украину, потому что дома очень хорошо.

Dakh Daughters: "Ми — міфотворці"

А где в Украине вы не выступали?

Таня Гаврилюк: — Фактически, мы не были на востоке страны, хотели, и начались печальные события, поэтому мы доехали только до Днепропетровска, Харькова. А нам хотелось бы вглубь востока поехать. И когда там все наладится, мы с радостью поедем на восток Украины. А сегодня мы можем реагировать только творческими акциями, писать песни на стихи Жадана, скажем.

Девушки, вас очень хвалит российский критик Марина Давыдова. Не приглашали ли вас в России? Мы же знаем немало фактов, когда наших звездных спортсменов, например, Россия очень активно приглашает на ПМЖ.

Аня: — Она нас приглашала, точнее предлагала нам сделать концерт в театре Мейерхольда в Москве. Мы отказались и предложили совместный проект на другой площадке — не в России — с нашим давним другом, питерским театром «Архе». Это наши добрые друзья, мы с ними раньше много сотрудничали, делали открытия Гогольfest-в, потом были совместные спектакли в Питере. И это были наши последние спектакли в России.

Руся: — Мы предложили им выступление на нейтральной территории, чтобы они могли свободно чувствовать себя, и чтобы мы ничего лишнего не сказали. Это был такой жест.

Таня: — Они такие хорошие ребята, мы за хорошие человеческие взаимоотношения, но думаем, что, пока война не закончится, пока не начнут снова налаживаться цивилизованные отношения, нельзя нам ехать в Россию. Пока что, слава Богу, есть много уголков в мире, куда хочется ехать. И, вообще, Украина — это the best. Потому что когда много путешествуешь, а потом возвращаешься домой, то осознаешь, что есть что-то такое чудесное в этой земле, в этом народу, в этой атмосфере, что его надо культивировать, чтить, лелеять и любить. Ибо это наш ключ к победе, успеха и нашего счастливого будущего.

Девушки, а не возникало ли у вас такое ощущение, когда вы ездили по миру, которое бы напомнило, что может быть и стыдно за свою страну, где коррупция, бедность, топтания на месте?

Аня: — Нет, такого не случалось. Вот когда мы недавно были в Норвегии, а эта страна очень тщательно следит за новостями, которые подает своим гражданам, — то они резко выступали против российской пропаганды. Но в то же время они мало знают об Украине, почти ничего. После концерта нас пригласили на маленькую частную вечеринку, это было прямо в театре на втором этаже, и там собрались такие взрослые наши поклонники. То одна дама сказала очень эмоционально: «Я не хочу с русскими, я хочу с вами, вы такие классные». И это она повторила несколько раз, словно в противовес этой вездесущей российской пропаганде. В такие моменты все становится понятно: мы движемся в правильном направлении. У людей очень хорошее отношение к Украине, мы это чувствуем после наших концертов.

Dakh Daughters: "Ми — міфотворці"

Zo: — Бывает, что техники не знают, что такое Украина, то есть не знают, что это независимая страна.

Наталья Галаневич: — на самом Деле сейчас очень сложный период, потому что после такого длительного нашего тоталитарного прошлого — я имею надежду, что в прошлом, — в мире о нас знают не очень много. Кроме Чернобыля и того, что в Украине теперь война. А еще знают, конечно, про Майдан. Нам очень важно изменить эту парадигму мировосприятия Украины. Мы видим, что иностранцы теперь внимательнее стали смотреть на Украину и не ограничиваться Чернобылем. Они с большим уважением относятся к нам. Это, конечно, огромный труд, потому что мы трудились, 300-500 лет, а после этих «советских снов» нам снова приходится самоидентифицироваться. Это утомительно, но нам выпала такая миссия. И это прекрасно, что мы это делаем. Мы не то чтобы доказываем миру, а в очередной раз понимаем сами, кто мы есть. Потому что после Майдана мы же сами как будто впервые — хоть это было уже и во времена Киевской Руси, и в период казачества — стали задумываться над тем, а кто мы есть. И на этот раз я вижу, что нация как взрослая — полная силы и вдохновения. Нам надо меняться, потому что мир уже ушел вперед.

Руся: — Это прекрасно — осознавать, что мы есть миро — и мифотворцями. Dakh Daughters — это способ рассказывать миру о том, кто мы есть, и ставить вопросы не только рассказывать, а прежде всего — задавать себе вопросы. Большая радость — видеть, слышать и читать во французской прессе, что «эти девушки из Украины напоминают нам о том, кто мы есть». И после фестиваля в Австрии было очень приятно читать, что мол, эй, просыпайтесь, думайте, кто вы есть.

Наталья: — Я еще хотела добавить, что они понимают, кто они, когда слышат нас. Это как видоизменение Шевченкового, «как немец покажет и к тому и историю нашу нам расскажет». Потому, как на меня, эта фраза в совковую сознание была специально культивируемая. Выхваченная из контекста и искажена не случайно. Теперь я понимаю, что Шевченко не то имел в виду.

Аня: — У меня всегда было ощущение, еще когда в школе читала «Кобзарь», что его взял и перекроил какой-то «гебешник». И когда не так давно начала читать сознательно, у меня опять такое впечатление: кто-то хорошо поработал над тем, что нам вкладывали в школе. А поэт из могилы не может себя защитить. Думаю, нам надо смириться с тем, что мы не все, очень мало знаем. В России это углубление в свое историческое величие, то такой путь обратно…

Наталья: — Если бы с нами была наша прекрасная Саломея, она все равно сказала бы, что нам надо беречь наши традиции, которые мы бережем и лелеем наш аутентичное пение, и воспроизводим его, — и что это очень важно, потому что это дает нам силу. Поясню: не копаться в каких-то комплексах, не вспоминать и оплакивать потери, а брать силу от того, что есть в нас мощного, что сохранилось веками, как фольклорное пение.

Dakh Daughters: "Ми — міфотворці"

На каждом концерте на вас идет мощная энергетика слушателей. Случались акты неприятие?

Татьяна Гаврилюк: — Я вам сейчас расскажу, как на концерте Dakh Daughters однажды случилось чудо (улыбается. — Авт.) Чудо на самом деле происходит во время каждого нашего концерта — это такая концепция, магия творчества. И этот случай был очень интересный. В прошлом году летом мы поехали на самый грандиозный и самый старый в мире фестиваль до Авиньона. Выступали 12 раз и с большим успехом. Этот концерт был финальным. Было очень жарко, моря нет. Такой был душевный концерт, как вчера у Франику. И тот зал в Авиньоне — то ледовая арена. Зрители улыбаются. В первом ряду — такой очаровательный мужчина преклонного возраста, такой милый дедушка, а рядом, то есть вместе с ним, — молодые девушки. Он такой счастливый, улыбается нам, то есть идет на контакт с артистами. А мы всегда очень радуемся, когда такое есть, и также идем на контакт. Вот концерт почти завершается, мы выходим на бис с песней «Море» — это такой апофеоз любви к жизни, танцевальный катарсис. Выходит Саломея Тарасовна, — она хоть и в отеле, и в нашем сердце (на этом слове к нам присоединяется седьмая участница группы Dakh Daughters Соломия. — Авт.) — и понимает, что надо кого-то пригласить на сцену. Потому что все в зале уже танцуют. Она подходит к этому чрезвычайно позитивного дедушки в первом ряду, берет его за ручку, легко так ведет его, он идет три шага, так грациозно, — но тут вдруг поднимается переполох: девушки, которые были с ним, подбегают и начинают что-то объяснять, брать его под руки. Говорят нам: он не ходит, уже много лет, плиз, посадите его обратно!

Так наша Соля исцелила своей энергетикой дедушки.

Аня: -А когда мы были в Бразилии, выяснилось, что я знаю песню на португальском языке. Я ее давно выучила, так она мне нравилась, и я была не уверена, все ли правильно произношу. И вот после концерта я ее спела двум тетям. Они сказали, что это перфектно, и поэтому на двух следующих концертах я уже пела им эту песню, и весь зал пел. Это было невероятно, это было так красиво, они очень поющая нация как украинцы.

Вам скоро четыре года. Планируете ли новые театральные постановки?

Татьяна Гаврилюк: — Мы вам сейчас что-то немного другое расскажем. Мы живем театром и очень его любим, а недавно сделали очень особую музыкальную акцию, к которой шли очень долго, — мы записали АЛЬБОМ! Наконец, первый, неповторимый, самый лучший в мире, мы записали его весной, и он почти готов, сейчас на последнем этапе финальных доработок. Материал секретный пока что, его нельзя никому показывать. Мы очень по этому поводу радуемся, мы долго думали, как нам воплотить аудиоформат, долго искали форму и путь, потому что у нас в группе очень важна театрально-визуальная составляющая, поэтому мы долго работали. И решили: это будет аудіовистава, что передает магию театрального перформанса и пения. Мы по этому поводу очень радуемся и в ближайшее время хотим вам презентовать наш альбом. Думаем, это будет конец лета — начало осени. Это хорошее время для этого.

Источник