Алла Самойленко: «Эпоха Смоктуновского давно прошла, теперь кино — это типаж»

Алла Самойленко: "Епоха Смоктуновського давно минула, тепер кіно — це типаж"

 

«Мне повезло, что я работаю с молодыми режиссерами, с поколением, которое выросло без совка», — говорит Алла Самойленко, один из известных украинских кастинг-директоров. Ее работу можно оценить в премьерном украинском фильме «Братья. Последняя исповедь», в других картинах («Мелодия для шарманки», «Таинственный остров», «Матч», «Параджанов», «Зеленая кофта», «Поводырь» и др.). Недавно Алла приняла участие как кастинг-директор и в проекте «Океана Эльзы» — «Жизнь начинается вновь».

 

— Алло, какие главные черты предполагает эта профессия — кастинг-директор?

— Для успеха в профессии кастинг-директор должен быть прежде всего хорошим коммуникатором, психологом, фізіогномістом. Он должен обладать определенным культурным багажом в области кино, театра, живописи.

Киноэкран любит ассоциативность. Поэтому в первую очередь важен типаж актера.

Например, типаж Амели. Сразу понятно, что эта героиня должна быть веселой, легкой, изящной. А если стоит задача найти образ Мэрилин Монро, то здесь сразу же на первый план выходит подчеркнутая сексуальность.

Сейчас много талантливых молодых актеров, интеллектуально развитых и ориентированных на высокие образцы искусства. Они априори стремятся сниматься в качественном кино. Однако это чрезвычайно зависимая профессия. Зависима от кастинг-директоров, режиссеров, продюсеров.

Бесспорно, у каждого кастинг-директора есть свой круг любимчиков-актеров, определенное комфортом в общении и собственным вкусом.

Когда создаешь актерский ансамбль в фильме, то должен также осознавать, насколько людям будет комфортно работать бок о бок. Стараешься не сводить людей, которые когда-то поссорились.

Главное в выборе актеров — внешняя и внутренняя похожесть на персонажа, некий виртуальный образ, сложившийся в воображении кастинг-директора во время работы над сценарием. Влияют на выбор и просмотр театральных спектаклей, и личное общение с актерами, и то, что я уже вижу на экране, то есть сыгранные в кино роли.

Есть проблема — многие актеры привыкают сниматься в низькопробному кино. В результате, они теряют способность справляться с задачами, которые ставят перед ними хорошие режиссеры.

Алла Самойленко: "Епоха Смоктуновського давно минула, тепер кіно — це типаж"

Алла Самойленко

— Понимаю, что на площадке приходится работать и с профессионалами, и непрофессионалами. Но что нужно человеку для того, чтобы с непрофессионала она выросла в настоящего артиста?

— Если есть такое желание, то прежде всего нужен набор фотографий, резюме, в котором указываются физические параметры, возраст, конкретные навыки (например, игра на пианино, занятия спортом). Надо, естественно, выложить эту информацию на определенных ресурсах, кастинговых базах.

Человек может, при желании, найти и ключевых игроков кинорынка (крупные студии) и попробовать разместить свое резюме и фото в их базах данных. Если человек активный и внешне примечательна, возможно все!

Процесс становления из талантливого непрофессионала в замечательного актера может занять несколько лет. Начинать следует подальше от камеры, так проще сориентироваться — массовка, груповка, дальше — роли со словами, большие роли… Если человек хоть немного одаренный и ее сопровождает удача, у нее есть шансы попасть и в большое кино.

Бывает, что талантливые люди становятся киноактерами и в пожилом возрасте. Например, Маргарита Качулова начала сниматься, когда ей было 63 года, в 65 ей уже давали роли со словами. Еще один персонаж — Володя Беляев: попал в кино в 48 лет. Это человек с примечательной внешностью, которую невозможно забыть. Вскоре начали его снимать «со словами». И… он стал играть брутальных героев. Его фильмография уже насчитывает десятки кинолент. Он также снялся в главной роли в коротком метре «Ноябрь», в картине, что побывала на многих фестивалях. И таких случаев немало.

— Чем отличается работа кастинг-директора в большом прокатном кино от работы в сериальной линейке?

— Когда создается прокатное кино, то сначала возникает замысел, затем — концепция. Далее прописываются образы актеров, на этом этапе работает кастинг-директор. Только после этого в работу включаются режиссер и оператор. Итак, здесь кастинг-директор работает совместно с продюсером. Тогда весь фильм работает на интонацию, на атмосферу. Это зарубежная модель создания фильма, у нас же кастинг-директор работает прежде всего с режиссером.

А для сериалов актерский состав чаще всего собирают, опираясь на вкусы продюсеров канала, для которого снимается продукт. Поэтому мнение режиссера и кастинг-директора не всегда учитывают. Функция кастинг-директора сводится к обслуживанию базы и умение быстро предлагать новых кандидатов вместо тех, которые не подошли.

Алла Самойленко: "Епоха Смоктуновського давно минула, тепер кіно — це типаж"

«Мелодия для шарманки»

— Насколько вы самостоятельны в своей деятельности? Или больше — зависимые?

— Собственно, все мои любимые фильмы, а именно те, которые вышли, — результат того, что я настаивала, убеждала. Верила в того или иного актера.

Давно работаю с п. Асадчим. И даже такой опытный продюсер, как он, знает, что когда настаиваю на чем-то, то, возможно, надо уступить.

Конечно, хорошо, когда есть тандем — кастинг-директор и режиссер. Тогда возникает сотворчество. В какой-то момент могу проснуться среди ночи от осознания правильного решения. Например, однажды совершенно случайно увидела актрису Веронику Шостак на роль Ївги в «Братьях». Весь день я провела на кастинге в львовском театре им. Заньковецкой, а вечером туда пришла группка студентов. Среди них увидела профиль рыжеволосой девушки. Меня как молнией пронзило — это наша Ивга! Записала с ней пробы. На то время ей было всего 16 лет, а мы искали взрослую 25-30-летнюю актрису. Однако в девушек-галичанок есть особенность: они на вид немного старше за свой возраст. И Вероника очень хорошо сыграла взрослую женщину. В отношении этой кандидатуры мне не надо было долго убеждать режиссера Виктории Трофименко. А вот перед продюсерами нам пришлось отстаивать нашу героиню! Так же настояли на участии в проекте Натальи Половинки.

Алла Самойленко: "Епоха Смоктуновського давно минула, тепер кіно — це типаж"

— А на чем настаивали продюсеры?

— У продюсеров коммерческий подход. Они предусматривали большое европейское кино.

Вообще, кастинг на фильм «Братья» был тяжелый. Да и тематика своеобразная. Получали и отказа от интересных людей за их принадлежность к православной вере, ибо сюжет картины, по их мнению, пропитанный духом католицизма.

В процессе кастинга у меня было два путешествия на Западную Украину. Побывала во многих местах, записывала прекрасное видео с актерами. Даже доехала до любительского театра в Ивано-Франковской области, в селе Прутивка. Раньше это была Карловка, ячейка «Просвиты». Этому театру самом деле более ста лет. Коллектив создает постановки, с которыми потом ездит на любительские фестивали.

В Западной Украине для «Братьев» нашли Николая Березу, Романа Луцкого. Вообще, все актеры в этом фильме с Западной Украины, кроме киевлянина Виктора Демерташа. Подбирали летних Станислава и Войтко — под образы молодых героев.

Алла Самойленко: "Епоха Смоктуновського давно минула, тепер кіно — це типаж"

— Из чего состоит для вас сам процесс утверждения того или иного актера на роль в фильме?

— И из всего! Имеет значение контакт: насколько человек психически подвижна, и какой у нее темперамент. Если нужен герой желчный, порывистый, гневный, а я смотрю на человека и понимаю, что ее психофизика этого не предусматривает, то на данном этапе лучше не продолжать кастинг. Ведь теперь общемировая тенденция в связи с особенностью монтажа такая, что кадры на экране меняются довольно быстро.

Это не продукция 1950—
1960-х, когда все снимали длинным планом, и была высокого уровня драматургия. Тогда была школа, если говорить о советском кино. Теперь же, например, как в фильме «Безумный Макс», — быстрая нарезка, у зрителя нет возможности долго думать, почему герой такой, а не иной. На первый план выходит внешность, психотип. Эти факты и должны сообщить, кто наш герой. Эпоха Смоктуновского в кино давно прошла, теперь кино — это типаж.

Поэтому нынешнее кино тяготеет к типажності. Как, например, «Зеленая кофта» Владимира Тихого. Этот фильм полон носителей образов.

Еще одна черта современного украинского кино — оно стремится быть чуть красивее, чем жизнь. В этом мы близки к американцам. А вот европейское кино не спешит следовать указанному принципу: там можно встретить не самых красивых актеров.

Но корни наше — украинское поэтическое кино. Поэтому нам и ближе восприятие красоты на экране.

— Говорят, на одну из главных ролей в украинском фильме «Братья» пробовался Петр Мамонов из России. Это правда?

— Он не пробовался. Он нам сразу отказал. Из религиозных убеждений. Из известных актеров были пробы с Петром Бенюком, Адамом Цыбульским из Дрогобыча. Понравился, но отказался сниматься, актер из театра им. И.Франка Валерий Дудник.

Помню, пробовался один очень интересный человек из Ивано-Франковска, он точно соответствовал требованиям сценария: был худым, истощенным, страшным. Но внутри он оказался мягким, как овечка. Как нашелся Олег Петрович Мосийчук на роль старого Войтко? Мне дали телефон художественного руководителя Тернопольского театра (у них очень плохой сайт, ничего нельзя разглядеть). Я позвонила с просьбой помочь в поиске актеров и по голосу поняла, что это наш Войтко. Ему
54 года, он приехал к нам на пробы. И мы с облегчением вздохнули, потому что поняли: это и есть наш герой. Пластика его лица такая, что его очень легко старить. Причем наш художник-гример Мария Пілунська сделала невероятное — никто и не усомнится, что ему все 75 лет.

Для него работа в «Братьях» — редкая удача, несмотря на актерскую судьбу этого человека. Только представьте: в последний раз он снимался далекого 1970-го на киностудии
им. Довженко. Дикое упущение, что никто из режиссеров его не снимал. Он был очень хорошим. Настоящий герой. Да и актер хороший. Теперь его снова начали замечать.

— В Украине около сотни театров. Или в каждом из них вы можете найти нужных артистов для съемок?

— Театр на театр не похож. Например, из Львовского театра им. Марии Заньковецкой или киевского театра им. Франко актеров снимать трудно. В них большой плюс — чисто театральная манера игры, рассчитана на большие залы. Но кинокамера смотрит на актера вблизи. И видно все малейшие нюансы мимики.

— От некоторых актеров на телеэкране наш зритель уже устал. А где брать новые лица? Глубинка? Ближнее зарубежье?

— Все зависит от проекта. Если проект хорошо оплачиваемый, можно копать и выискивать. Приглашать из-за рубежа, в частности. Тем более что гонорары в новеньких, еще не засвеченных актеров всегда будут ниже, чем в столичных известных. Но если говорим о таких звезд, как Стас Боклан из Молодого театра, то и гонорар должен быть соответствующий. Или актеру должно очень понравиться материал, чтобы он снялся за умеренные деньги.

Есть негласный табель о рангах, известный узкому кругу профессионалов от кино. Гонорар актера выстраивается в соответствии с его творческой биографии. Но, в принципе, у нас в Украине актеров, которые бы могли похвастаться тем, что они делают кассу, практически нет. Их могут считать таковыми. Но на самом деле это раздуто, не тот уровень.

Своих звезд надо и выращивать, и освещать. Но в Украине это делается стихийно. И получается, что повсюду пиарят только тех, кто представляет кино не самого высокого уровня. Например, звезды сериалов про золушек или ментов. Просто у каналов сильные пиар-службы…

Алла Самойленко: "Епоха Смоктуновського давно минула, тепер кіно — це типаж"

— Что важнее для претендента на ту или иную роль — артистизм или харизма?

— Это трудно разделить. Можно разделить такие понятия, как органика и артистизм. Артистизм — повсеместный кураж, способность и готовность всегда что-то изображать, мгновенно включаться в игру, что-то показывать, имитировать. Но не все наши актеры к этому готовы. Для кино, которое мы видим на экранах телевизора, больше нужна органика, то есть способность максимально натурально существовать в кадре, а чрезмерная игривость там будет неуместна. Харизма — определение, скорее, социальное, чем сугубо актерское.

Я, вообще, не рекомендую артистам, которые мечтают о большой карьере в кино, сниматься в рекламе и длинных сериалах. И, наоборот, работа в коротком метре у хорошего режиссера — это всегда творчество. Багаж, который не позволит сбить планку. Дальновидные актеры всегда ищут фестивальное кино. Потому что это определенный класс, их фильмография, резюме.

— У вас был опыт работы с иностранцами?

— Да, и немалый. Мне часто приходилось искать актеров за рубежом — в Германии, Польше, Литве, Великобритании… Они охотно едут сюда, искренне интересуясь нашим кинопроизводством. Трудно было приглашать иностранцев, когда в Восточной Украине начались военные действия, — все стали остерегаться.

Я ездила в Болгарию по приглашению продюсера, когда там снимали фильм «300 спартанцев: Расцвет империи». Возила туда наших моделей для съемки.

Фантастическое явление — то, «как» работает голливудский площадка. Огромный павильон на двести человек. Туда привлекают специалистов со всего мира. Все работает как машина, как часы. И эта площадка мгновенно умолкает на первую же команду режиссера: «Мотор! Камера!» Это как симфонический оркестр.

А как у них обращаются с артистами, персоналом, со всеми участниками кинопроцесса! Этот уровень для всех одинаковый, независимо от того, звезда ты или персонал. У нас же наоборот. Если звезда — будут возить, будут кружить, будут селить, а если ты персонал — то оставленный на произвол судьбы. Одно слово, нам есть к чему стремиться.

Я же в процессе своей работы поняла, что к каждому человеку надо относиться как к родственнику. Если мы делаем проект, то все свое время посвящаешь только этому. Еще — такой вид деятельности предполагает большую личную вовлеченность, здесь невозможно с холодным носом быть успешным. Если вкладываешь, то и получаешь.

Верю в наше кино. С нынешнего активного бурления состоится большая индустрия, со своими особенностями и правилами.

Источник.

Добавить комментарий