Александр Ткаченко: «Для президента сфера культуры – один из главных приоритетов»

До недавнего времени экс-генпродюсер «1+1», депутат от «Слуги народа» и председатель парламентского комитета по вопросам гуманитарной и информационной политики Александр Ткаченко претендовал на кресло главы Киева. Он то подавал декларацию на должность главы КГГА, то заявлял о готовности стать кандидатом в мэры столицы от президентской партии. На позапрошлой неделе имя Ткаченко фигурировало среди главных претендентов на должность министра культуры и информационной политики – сам Александр, правда, это опровергал. В четверг 4 июня его назначили министром.

LB.ua поговорил с новым главой министерства, которое второй раз за последний год реорганизуют, о планах в отношении культурной политики, совладение Одесской киностудией, брошенные выборы мэра и многое другое. Для Ткаченко – в новом его качестве – эта беседа стала программной.

Олександр Ткаченко: "Для президента сфера культури – один з головних пріоритетів"

О местных выборах в Киеве

В октябре вы подавали декларацию на должность главы КГГА, буквально месяц назад объявляли, что не покидаете намерений принять участие в мэрских выборах. Вместе с тем вы были председателем парламентского комитета по гуманитарной политике, лоббировали уменьшения жесткости бюджетного секвестра в культуре, и на фоне бывшего министра Владимира Бородянского выглядели таким себе «хорошим полицейским» закону о медиа, на фоне его закона о дезинформации. И вот теперь вы сами – министр культуры. Довольно стремительные метаморфозы.

Политика – это процесс компромиссов, поиска истины и возможностей. Во-первых, было бы странно, если бы я не перевернулся в профильную деятельность, а на министерство энергетики, например, не дай бог, финансов. Я занимался – и это был сознательный выбор – гуманитарной сферой, информационной политикой в комитете. Это был основной вид деятельности. Относительно моей политической позиции – относительно Киева она остается неизменной. Уже в этом кресле – чем смогу, опытом или советами, – помогу «Слуге народа» во время местных выборов в Киеве. Потому что считаю, что такой мэр, как нынешний, не достоин возглавлять Киев. Очевидно, что древняя столица заслуживает лучше.

Что вы имеете в виду под «помогу чем смогу»?

Мы за это время наработали много материалов – я был, в том числе, соавтором законопроекта «О столице». Буду помогать советами относительно того, какую программу написать. Все материалы я передам тем, кто будет идти на выборы.

Когда будет второе чтение законопроекта о столице, по вашим прогнозам?

Я надеюсь, что оно состоится до того, как начнется оживленная избирательная кампания. Потому что, на мой взгляд, жить следующие 5 лет по нынешнему закону о столице – значит обречь ее на ту же коррупцию и отсутствие реального участия граждан в управлении городом. Районных советов не существует, не существует прозрачных правил контроля за деятельностью исполнительной власти, существует дуальность между назначением главы КГГА президентом и выборами мэра. Все это нужно убрать, потому что любой город в Украине – Жмеринка или Одесса – имеет гораздо больше прав, чем Киев.

Мы написали закон, который прошел в комитете второе чтение, с многими поправками, в том числе после участия во многих круглых столах, которые мы проводили по Киеву. Жить следующие пять лет будет намного эффективнее и полезнее по новому закону, чем за тем, который существует сегодня.

Кого, на ваш взгляд, выдвинет «Слуга народа» на выборы и как будет формироваться команда?

Очевидно, что объявлены праймериз в тот или иной способ должны состояться. Если будут какие-то встречи по этому поводу в партии, я приму в них участие.

Кто будет принимать участие в праймериз?

Уже три человека согласились – Тищенко, Дубинский и Качура. Мне кажется, это должен быть тот, кто сможет победить действующего мэра и способствовать тому, чтобы фракция «Слуги народа» в Киевсовете была самой большой и влиятельной.

Но рейтинги показывают, что Кличко является лидером. Что «Слуга народа» планирует с этим делать? И если он победит, будете ли вы с ним договариваться?

Вы знаете, в новом законе о столице прописаны другие нормы относительно количества депутатов, прописаны другие полномочия в Киевской Рады. Я думаю, что контроль горсовета будет больше при любых обстоятельствах. Я верю в победу «Слуги» – на сегодняшний день не определено кандидатов. Я думаю, что избиратели «СН» в первую очередь будут голосовать за тех, кого партия выдвинет.

То есть вы думаете, что избиратели, избравшие депутатов от «СН» по мажоритарке прошлого года, снова проголосуют за СН на местных выборах?

Округа будут по-другому нарезаны.

Но люди-то те же.

Да, но эта новая комбинация может существенно повлиять на предпочтения в каждом конкретном округе. Из тех замеров, которые мы видим, у Кличко есть как большой рейтинг, да и большой рейтинг недоверия. Есть много разочарованных людей, не только в нем, но вообще в киевской власти. Очевидно, что с ними в первую очередь нужно работать, кроме избирателей «Слуги».

Каким образом «Слуга народа» хочет выиграть эти выборы все же? Какую программу вы предложите киевлянам?

Это будет работа тех, кто пойдет на выборы. Чем смогу – помогу. Советами, продвижением закона о столице. Которые будут месседжи, с какими лозунгами они пойдут, должна решать партия. Мне кажется, что одна из самых лучших программ – это тот самый закон о столице. Там есть все – и об экологии, и об инфраструктуре, и о необходимости контроля за исполнительной ветвью власти, четкие полномочия мэра, четкие полномочия районных органов власти. Есть много вещей, связанных с контролем за финансами, проведения с прозрачными процедурами решений относительно застройки, от которой уже зубы болят. Принцип, заложенный в законе, говорит о том, что является, с одной стороны, сильный главный архитектор, но он не дает разрешений. У города должно быть зонирование, в его рамках объявляется конкурс, и фактически любому, кто хочет что-то строить, не нужно идти за разрешениями, это будет решено процедурами, которые должны быть в Киевском городском совете.

Давайте предположим, что выборы состоялись и «СН» не победила, а победила партия Кличко. Будет тогда «Слуга» объединяться с ним ради создания коалиции?

«Гадать на кофейной гуще – неблагодарное занятие». Делать прогнозы методом догадок и предположений не буду. Всему свое время.

Можно ли считать инструмент разделения должностей главы КГГА и мэра политическим инструментом Банковой в случае, если победитель мэрских выборов Банковую не устроит?

Согласно предложенному законопроєктом о столице не будет главы КГГА в виде назначения. Там есть глава КГГА, но с другим функционалом. Это человек, который контролирует соблюдение законов в столице. У него нет исполнительных возможностей, которые сейчас есть в этой должности. Так что об этом речь не идет.

То есть это не будет политическим рычагом?

Если будет новый закон, то там нет рычага.

О борьбе с незаконными застройками и Одесскую киностудию

Олександр Ткаченко: "Для президента сфера культури – один з головних пріоритетів"

Когда мы говорим о борьбе с застройкой в Киеве, министерство культуры является равноценным участником диалога. Что вы, как глава Минкульта, планируете делать с ситуацией с застройками?

Сейчас продолжается земельная реформа и реформа ДАБИ. Я надеюсь, что процедуры, которые появятся в результате, будут более прозрачными. Необходимо подготовить – и в плане министерства культуры такое есть – закон об охране культурного наследия. Я очень надеюсь, что агентство и инспекция по охране культурного наследия – чего раньше никогда не было – будут созданы в следующем году. Так же как и будет создан реестр культурного наследия – туда будут занесены все объекты, которые к ней относятся. Несомненно, приоритетом является их защита, а не выдача разрешений. В последнее время вокруг исторического центра их понавыдавали очень много. Благодаря давлению общественности что-то приостановлено, то не строится. В целом это ненормальная ситуация и стоять на страже того, чтобы в исторических ареалах не строились ужасные объекты, бесспорно, мы будем.

Отдельно, думаю, стоит правоохранительным органам разобраться, какую роль в процессе выдачи разрешений играла бывшая заместитель министра культуры госпожи Мазур, о которой ходят «легенды».

Что вы имеете в виду?

Речь идет о том, как выдавались разрешение на застройки, в том числе и в исторических ареалах. Вместо того, чтобы заботиться о сохранении исторического наследия.

Не усматриваете ли вы конфликта интересов, ведь Андрей Ваврыш – один из крупнейших киевских застройщиков –ваш друг и бизнес-партнер?

Нет, не вижу, потому что здесь речь идет о Одесскую киностудию, а я уже заявил, что, для избежания конфликта интересов продаю свою долю.

Когда это произойдет?

В ближайшее время. И это не будет «слепой траст». Очевидно, что это будет сделано корректно. Для меня важно, чтобы человек, который будет заниматься будущим киностудии, делала там кино, занималась развитием киностудии.

Вообще, с киностудиями, на мой взгляд, стоит уже давно разобраться. Потому что то, что мы увидели в Киеве на «Укркінохроніці» и Национальной кінематеці меня, честно говоря, шокировало. Мы выезжали туда с комитетом и с руководителями различных министерств, в том числе правоохранителями.

Оказалось, что еще в 2004 году «Укркинохроника» заключила некую инвестиционную сделку, по которой за все эти годы заплачено аж 4 миллиона гривен. За эти годы это место фактически отдано под застройку, догадываемся, что одному из самых грязных с точки зрения репутации застройщиков – господину Комарницкому. То же самое произошло с Национальной кінематекою – во время перехода власти происходили странные процессы из искусственного накопления долгов. И благодаря этим долгам было отдано свыше трех гектаров какой-то компании. Мы видели план застройки, хотя теперь эти люди утверждают, что хотят развивать там кино.

В любом случае, мне бы хотелось активности правоохранителей в этом деле, которой до этого не было.

Но у меня в голове не умещается, каким образом государственные объекты в Киеве могли уйти не только из государственной собственности, а под застройку.

Когда вы говорите «разобраться» с государственными студиями, что вы имеете в виду? Или вы отстаиваете мнение о том, что они должны быть приватизированы?

Есть европейская практика. Вы нигде в Европе не найдете государственных студий. Студия в принципе – это сервисный, а не продюсерский бизнес. Продюсеры отдельно, сервис отдельно. Сейчас в Украине есть возможности государственного финансирования в сфере кинематографа, и будет продолжать развиваться производство не только фильмов, но и сериалов. Площадки, которые являются медийными сервисами, будут востребованы.

Олександр Ткаченко: "Для президента сфера культури – один з головних пріоритетів"

На мой взгляд, существует единственный путь – или прозрачная приватизация, или государственно-частное партнерство. Для того, чтобы эти площадки могли развиваться в дальнейшем. Они были построены в советское время и большинство из них находятся в плачевном состоянии. Здесь нужны инвестиции. Мы знаем, что есть иностранцы, готовы сюда вкладывать средства, но условия должны быть прозрачными. Как с Одесской киностудией – по закону, там ничего не может происходить, кроме профильной деятельности, на протяжении 20 лет.

Сейчас вы продадите свою долю в Одесской киностудии и можете суммировать период своего співвласництва ней. Или частно-государственное партнерство в этом случае было продуктивным?

Государственно-частное партнерство в Украине не могло развиваться из-за отсутствия достаточной правовой базы, хотя это распространенная европейская практика.

Поэтому, самое главное, чего там не произошло – там нет застроек. Хотя желающих застроить его гостиницами или домами на Французском бульваре было вдоволь. Киностудия осуществляет профильную деятельность – там снимают фильмы и сериалы, там сделали ремонт. Она выглядит намного приличнее, чем то, что я увидел в Киеве. Это уже что-то.

С точки зрения партнерства – государство не мешала, хотя ни копейки за это время не было выделено. Все улучшения на Одесской киностудии сделали за частный счет.

Ранее вы владели 50% минус одна акция Чао «Одесская киностудия», но половину в конце продали Андрею Вавришу, который является именно застройщиком. Почему?

Застройка бывает разная. Можно говорить о дома, а можно – о современный медийный комплекс, в котором будут сниматься фильмы, потому что с того времени, как строилась киностудия – первая в бывшем СССР – многое изменилось и современные технологии. Нужны различные инструменты для того, чтобы там снимать современное кино и сериалы.

То есть когда вы продавали свою долю господину Вавришу, вы договаривались о том, что он построит именно такую инфраструктуру?

Конечно. А для того, чтобы это сделать, нужны специалисты и дополнительные инвестиции. Это понятный процесс.

Понимаете, трудно спорить с фантомами предположений, которые на тебя валятся. Я слышал последние 15 лет о том, что я там что-то забудую. И что? Застроил?

Есть ли уже кандидаты на вашу долю киностудии? Или вы рассматриваете украинских бизнесменов, или кого-то из-за границы?

Переговоры ведутся – уже на финальной стадии. Когда наступит время, обязательно об этом расскажу.

И еще одна ремарка – я хоть владею долей акций Одесской киностудии, однако с прошлого года ею не управляю. Она находится в управлении другой компании.

О министерство культуры

Давайте вернемся к министерству культуры. Кто сделал вам предложение его возглавить?

У нас разговоры об этом велись периодически. После того, как ушел Бородянский, два месяца обсуждалось, кто может возглавить министерство. Был разговор с премьером, была беседа с президентом. А затем моя кандидатура была предложена фракции.

Что вам сказали? Велось о том, что вы и раньше планировали возглавить объединенное мегаминистерство культуры, молодежи и спорта? О чем вы говорили с президентом?

Давайте поймем, в каком промежутке времени мы сейчас находимся. Это очень большой вызов и проблема. Через коронавирус фактически вся культура была закрыта на амбарный замок. Действовать ни музеи, ни театры, ни кинотеатры, ни издательские дома не могли физически. Что это означает с точки зрения экономики? Это означает, что они потеряли свои доходы. Условно говоря, театры не продавали билеты. И даже когда они снова начнут их продавать, они все равно уже потеряли существенную долю своих возможностей. Поэтому им нужна помощь.

Хотите верьте, хотите нет, но это чувство ответственности за то, чтобы такие проблемы решить – через государственное финансирование, которое должно быть возвращено на поддержку сферы культуры и креативных индустрий, и за то, чтобы найти новые источники поступления средств. Прогноз весьма неутешительный: некоторым культурным институтам – как государственным, так и частным – без помощи будет сложно выжить. Совместными усилиями – вместе с президентом, народными депутатами и коллегами из креативных индустрий – этот кризис можно будет преодолеть.

Но вы не ответили на мой вопрос. О чем вы говорили с президентом?

Знаете, я не привык цитировать разговоры, которые ведутся в узком кругу. Речь шла о том, что «иди работай и сделай так, чтобы культуре было хорошо». Это если кратко пересказать.

Впрочем одно могу сказать точно – для президента сфера культуры – один из главных приоритетов, так же как и налаживание коммуникации в ней. И сейчас у нас всех общий вызов – спасти креативные индустрии от кризиса.

Или вы считаете себя «антикризисным менеджером», и, когда станет как-то понятно, что кризис позади, пойдете из министерства?

Мне бы хотелось, чтобы министерство завершило институциональные изменения, которые были начаты. Я говорю о создании агентств, которые управляют государственными предприятиями, находящимися в ведении Минкульта, – их очень много. Министерство физически не может ими управлять, а должен сконцентрироваться на формировании политик.

Олександр Ткаченко: "Для президента сфера культури – один з головних пріоритетів"

Во-вторых, очевидно, что нужно перейти от финансирования с точки зрения выживания к финансированию развития. Здесь я бы очень надеялся на поддержку многих креативных людей. У нас уже запланированы встречи с ними, мы хотим создать некий мозговой центр для того, чтобы разговор о культуре была не только в прошедшем времени, а настоящем. Для того, чтобы популяризировать то, что происходит сегодня в современном искусстве, театре, кино, других отраслях. Цели, которые мне здесь видятся, – больше зрителей в театрах, музеях, кинотеатрах, больше читателей, больше людей, которые хотят потреблять культурный продукт. Это самое главное.

Это будет достигаться каким путем? Приоритетом популярной культуре?

Расширение аудитории возможно лишь при условиях, когда людям интересно, когда культура становится модной, когда есть промотирования достижений, которых достигли. Должна быть написана стратегия и концепция. Я бы очень хотел, чтобы за этим столом чаще собирались не бюрократы, а чтобы это был стол рыцарей культуры, условно говоря.

Кто к ним относится, на ваш взгляд?

Те, кто даже несмотря на отсутствие государственной поддержки достиг успехов в своей сфере. Важковики от культуры, которые давно в ней работают, которые имеют практический опыт и современное видение. Они могут быть с одной стороны пропагандистами – в хорошем смысле этого слова – культуры, а с другой – давать идеи для того, чтобы как можно больше людей могли потреблять культурный продукт.

Это очень интересно звучит, но, если честно, это говорят разные министры в течение всех шести післямайданних лет. И складывается впечатление, что ни один министр не оглядывается назад на то, что начали делать сразу после Майдана. Была «Культура 2025», когда куча экспертов и стейкхолдеров писали стратегию. Затем Вячеслав Кириленко писал свою. Потом, когда пришел Бородянский, начал собирать своих рыцарей и писать новый документ. И теперь вы снова хотите собирать каких-то рыцарей. Есть ли тут какая-то институциональная наследственность? Ведь многие возглавляет культурные институции, придя туда из частного сектора после Майдана. Их нельзя назвать бюрократами и снова проводить водораздел между «бюрократами» и якобы незашоренным частным сектором.

Я общался с людьми, которые сейчас возглавляют агентства и институты. Во вторник мы с ними встретимся и поговорим об их видении и стратегии, которые я знаю, что написаны они по ним работают. Очевидно, после этого разговора стоит понять, мы пользуемся этими наработками, или что-то преображаем. Есть много хороших идей, воплощенных после Революции достоинства, особенно в начале, и много наработок Бородянского, которые надо брать в работу. Сделано было немало хорошего.

В своей работе я привык доводить вещи до каких успешных результатов, проектов, где бы не работал. Для меня самое главное – эффективный результат.

Как вы поймете, что достигли этого результата? Когда мы говорим о работе на телевидении – там ясно, есть проект, сериал вышел на экраны – есть результат. Когда мы говорим о культурные политики, результат надо измерить как-то. Какими, прости господи, KPI вы будете применять?

Давайте к примеру возьмем кино. Туда вливались достаточно хорошие инвестиции в последнее время. Но мне, если честно, не совсем была понятна логика, почему одним фильмам давали много денег, а другим меньше. Непонятные и результаты проката многих проектов в кинотеатрах. Безусловно, были успехи, как в фильма «Киборги», например, или «Бешеный свадьба». Но когда мы говорим о промотирования собственной украинской культуры, это должны быть фильмы об известных украинцев, например, на которые пришло бы много зрителей.

Очевидно, что должны быть инвестиции в сериалы, потому что они дают сразу массовую аудиторию и должны быть основаны на украинских нарративах и сняты на украинском языке. И это более прозрачная система финансирования, потому что каналы или продакшны точно будут вкладывать и свои средства в такое производство.

Или возьмем театры или музеи. В одних заполняемость 70-90%, в других, дай бог, чтобы на год собиралось пару тысяч людей. С другой стороны, есть примеры успешных частных проектов, как «Музей новостей», которые делали «плюсы» (выставка в Мыстецьком Арсенале в 2017 году – прим.).

Ну это же скорее была такая большая нативная реклама «плюсов».

С одной стороны – да, а с другой – люди покупали билеты и количество людей, которая посетила Арсенал на то время, была не самая большая в его истории.

Да, я помню эту выставку. И помню, что в соседнем крыле была выставка намного лучше – Александра Гнилицкого, на которую толпы, что был на «Музее новостей», мало кто, к сожалению доходил. Потому что в «1+1» есть одни ресурсы рекламировать свою выставку, а в «Мистецького Арсеналу» – другие.

Знаете, никакая реклама не приведет к тому, чтобы ежедневно выстроились очереди перед музеем. Реклама может привести людей в начале, но если им не понравится, все очереди быстро исчезнут. А они только увеличивались.

Про украинское кино и сериалы

Возвращаясь к кино. Как вы в целом оцениваете ситуацию, которая сейчас сложилась – с неподписанием паспорта бюджетной программы, с присутствием, откровенно говоря, конфликтной фигуры во главе Госкино?

В пятницу была встреча в комитете по этому поводу. В среду будет совещание с депутатами, представителями Госкино и Иваном Козленком для того, чтобы разобраться в ситуации. Я сторонник диалога и не вижу препятствий для того, чтобы решить этот вопрос положительно.

Олександр Ткаченко: "Для президента сфера культури – один з головних пріоритетів"

Марина Кудерчук

Но речь идет не только о Центре Довженко. На последнем заседании Совета по держпідримки кинематографии госпожа Кудерчук сказала, что 14-й питчинг, за объявление которого Рада голосовала неделю назад, пока что не состоится. Сославшись на то, что министерство и вы в том числе работаете над новым порядком проведения питчинга, и пока его не будет, питчинга 14-го тоже не будет. Или министерство на самом деле работает над такими новыми правилами?

После встречи по Центру Довженко, надо будет провести разговор о проблеме, которую я вам озвучил. Во-первых, надо определиться, куда мы бежим и зачем, а потом уже разобраться с механизмами того, как это должно происходить.

По 14 питчинга действительно правила разрабатывались со всей индустрией, впрочем по каким-либо причинам не были введены в действие. Нужно ли их срочно принимать, или этот питчинг проводить по старым правилам, чтобы процесс не остановился

На вашей странице в «Википедии» написано, что вы являетесь продюсером сериала «Ментовские войны. Киев» и что это ремейк российского сериала «Ментовские войны». Украинская версия снята 2017 года. Значит ли это, что уже во время войны, вы заплатили российской компании за право снять этот римейк?

И не только этого сериала и фильмов. Это не римейк. Мы покупали права на сценарий.

То есть украинская компания во время войны с Россией заплатила российской компании за сценарий?

Так.

Но можно я об этом расскажу? У меня богатый опыт съемок сериалов, в том числе для российских телеканалов, но еще в апреле 2014 года я из этого бизнеса вышел. Я не знаю, кто еще из продюсеров прекратил сотрудничество с россиянами. Но это было мое сознательное решение. С другой стороны, я считаю, что если есть хорошие сценарии, они есть независимо от географии – в Америке, Бразилии или даже в России. И мы можем снимать за ними здесь, в Украине, с украинскими актерами, с украинскими режиссерами, вкладывая средства в украинскую экономику, в украинский талант. Я не вижу в этом проблемы.

То есть вы не исключаете возможности украинско-российской ко-продукции в сфере кино?

Для себя лично исключаю. Но запретить такое ко-продукцию частным продюсерам я не могу. Если кто-то из этих продюсеров видит возможным для себя и выгодным продавать эти сериалы в Россию, юридически им это не запретишь. Это развитие украинской индустрии в первую очередь. Тем более, заработают рибейты, а сейчас есть поправки к закону, которые позволят им заработать лучше.

И 20 миллионов гривен из государственного бюджета.

Секундочку. Дело в том, что я бы очень хотел видеть очередь из западных продюсеров, которые захотят здесь снимать. Но пока что даже физически это трудно представить. Сейчас надо принять поправку, которая даст рібейтам заработать эффективно. Но я категорически против, чтобы эти рибейты использовались для россиян.

Вы сказали, что не можете запретить частным продюсерам сотрудничать с российскими компаниями. А если они придут за государственными деньгами на питчинг?

Я тоже буду против. Это не для использования государственных средств.

Мы все помним большой скандал с сериалом «Сваты», когда вы оспаривали невыдаче прокатного удостоверения из-за того, что актера Федора Добронравова занесли в «черный список» за антиукраинские высказывания. Значит ли это, что сейчас, в кресле министра культуры, вы будет просматривать «черные списки» задним числом, а также неизданные за ними прокатные удостоверения?

Это было классическое политическое решение, инициированное прошлой властью, когда стало понятно, что Зеленский будет принимать участие в избирательной кампании. С другой стороны, канал наказывали за позицию, ведь он едва ли не единственный позволял себе умеренную критику действующего на то время президента. Там было много историй.

Вообще сама процедура занесения в «черные списки» очень непрозрачная. Предложение рынка еще тогда заключалась в том, чтобы заносить туда людей, на которых заведено уголовное дело как таких, кто наносит ущерб или представляет угрозу украинскому государству. Очевидно, что такие люди должны быть в «черных списках». И запреты должны касаться не только въезда на территорию Украины, но и визуальных продуктов, где они принимают участие. Например, Порєчєнков или Охлобыстин, или гуру всех российских режиссеров Михалков лично для меня в черных списках.

Относительно пересмотра процедуры. Без закона и без того, чтобы эта процедура была прописана, это сделать невозможно. Но очевидно, что просматривать их стоит.

О антикризисные миллиарды для культуры

Олександр Ткаченко: "Для президента сфера культури – один з головних пріоритетів"

Когда вы говорили, для культуры надо привлечь 3-4 миллиарда гривен, о чем шла речь? На что эти средства должны пойти?

Во вторник я должен передать премьеру письмо, где мы просим возобновить финансирование на сумму 1,8 млрд. 3-4 млрд – это минимум тех убытков, которые понесла индустрия через карантин. По оценкам экспертов, на которые мы можем опираться, настоящие убытки составляют 10 млрд. Поэтому когда мы говорим о 3-4 млрд, говорится о достаточно умеренную сумму пособия креативным индустриям.

Но для этого нужно в законодательство ввести понятие гранта, которым могли бы распоряжаться и УКФ, и Госкино, и Институт книги, и другие институты. Но эти гранты не нужно будет возвращать – они даются для развития, для возможности выжить, для того, чтобы культурные институции не ушли в небытие.

Фестивале адаптации: украинские культурные события во время пандемии

Будете ли вы пересматривать принцип, по которому под крышей Министерства культуры распределяются средства госбюджета? Например, финансирование творческих союзов?

У меня документ, в котором прописаны все расходы на культуру. И 100% из них – это расходы на потребление. И 0% расходов развития. Но во время кризиса речь идет лишь о продолжении этой истории, потому что мы не можем дать погибнуть тому, что уже существует. Но в будущем речь будет идти о принципах распределения финансирования и то, как культурные учреждения могут сами зарабатывать средства, как они могут привлекать меценатов и осуществлять работу, которая выходит за пределы страны.

Мне бы хотелось видеть культурные проекты и учреждения успешными не только с точки зрения привлечения государственных средств, но и получение дополнительного финансирования, привлечения зрителей. Тогда они смогут начать дышать на полную грудь.

Но история такова, что украинским бюджетным учреждениям в виде государственных предприятий, например, просто невыгодно зарабатывать деньги, потому что государство забирает у них 90% заработанного, не оставляя ничего на развитие.

Мы как раз над этим работаем. В законопроєкті №3377 есть поправки к некоторых моментов, связанных с арендой, которую дают государственные и коммунальные предприятия.

Я бы также хотел, чтобы у нас появилась традиция наблюдательных советов в культурных институциях. Когда у влиятельного человека будет корочка о том, что она – в наблюдательном совете, например, «Софии Киевской», то это даст плюс ее репутации и расширит возможности для музея.

Вы считаете, что бизнесменам условным будет интересно это делать? Или государство должно поощрять их к этому закону о меценатстве?

Закона о меценатстве уже столько лет (смеется). Но там есть подводные камни, которые заключаются в том, чтобы не сделать это меценатство окном для отмывания средств. Мы буквально на днях начинали об этом говорить в нашем комитете и пришли к выводу, что его следует готовить вместе со спортсменами, потому что эти две области точно его требуют.

Кстати о спортсменах. Правда ли, что вы были инициатором объединения трех министерств и что вы это объединение планировали под себя?

Да, я был инициатором, но под себя ничего не планировал. 9 месяцев назад у меня не было желания идти в министерство, если честно. Я был нацелен на политическую работу, связанную с избирательной кампанией в Киеве. Но политика и жизнь развиваются не так, как ты планируешь, поэтому мы сейчас здесь разговариваем.

И я рад впрягтись в работу о которой немало знаю и вижу большие перспективы для того, чтобы культура, которая является ДНК нации, могла вывести страну на высокие ступени в рейтинге «мягкой силы» в мире.